20 марта 2019
Дневники

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Яна Бражникова
18 октября 2012 г.
версия для печати

Капитализация детства и абортивное общество

Самое похабное и богомерзкое, что может быть — это пропаганда материнства. Ибо это то, что не подлежит пропаганде. Это все равно, что пропагандировать Бога и гордиться тем, что делаешь ему пиар. Выньте свои пальцы из женщины — не ваше дело стимулировать роды!

«Детский скандал» в Финляндии, связанный с отнятием у Анастасии Завгородней четырех детей – в том числе новорожденного младенца — уже охарактеризовали как кафкианский процесс. Однако репрессивная машина «ювенальной юстиции», внедрением которой так напугано российское общество, не является одинокой угрозой, перед лицом которой нам предлагают забыть о других — не столь тревожных составляющих российской действительности. Она тесно связана с «позитивными», на первый взгляд, программами – типа развития института волонтерства или борьбы за духовно-нравственные ценности. По сути современная «опека» и «поддержка», которую осуществляет российское государство в отношении семей, мало чем отличается от того «тюремного» бизнеса, в который превращено опекунство в Европе. Это такая же сфера капитализации детства, в которую включены социальные работники, синодальные отделы РПЦ и «волонтеры».

Наконец, пропаганда материнства также имеет конечной целью, как ни печально, капитализацию детства.

В свое время католический мыслитель Габриэль Марсель замечательно высказался по поводу соответствующей деятельности, которую затеяло после Второй Мировой Войны французское правительство в надежде резко поднять рождаемость. "Выньте ваши стимулирующие рессоры из женских утроб!" — призвал он.

Дети не рождаются ни от материнского капитала, ни от синодального комиссара. Зато капиталы и комиссары разных отделов прекрасно существуют за счет детей.

Даже от вида "реального пацана" Путина или от звука бархатного голоса благообразного Патриарха Кирилла страна может понести только духовно-нравственную благотворительную чушь, а вовсе не детей. Самое похабное и богомерзкое, что может быть — это пропаганда материнства. Ибо это то, что не подлежит пропаганде. Это все равно, что пропагандировать Бога и гордиться тем, что делаешь ему пиар. Разумеется, бог Энтео и византистских философов нуждается в синодальной пропаганде. Но не Бог Авраама и Бог Иакова.

Волонтеры в поддержку семьи, которых Дмитрий и Светлана Медведевы кучами набрали на оклады, съели все ресурсы, которые могли бы реально помочь реальным детям, а не донести до них информацию, что государство и Церковь любят их. Даже Мурому и его семьям, где окопались медведевы "февроньки" в честь Дня семьи и верности, эта пропаганда не принесла благополучия — город в разрухе, люди и монастыри в нищете.

Выньте свои пальцы из женщины — не ваше дело стимулировать роды! Тогда и спирали отнимать не придется. Единственная "спираль", которая препятствует деторождению — это та самая гендерная стереотипизация, о которой говорила с своем последнем слове на суде Маша Алехина.

Дело в том, что рассказы об альтернативном сексуальном поведении и даже ЛГБТ-риторика — это тоже сексуальная стереотипизация. И уж в США и Европе гендерная стереотипизация носит гораздо более безальтернативный характер — потому какие-нибудь "отцовские декреты" для них являются таким важным исключением, что они лишь подтверждают правило, работающее на дорефлексивном уровне. Главным объектом критики как раз и выступает гомосексуальная стереотипность, позиционирующая себя в качестве "геторосексуальной" нормы, канона, Традиции, Иерархии и вечных ценностей. Ураническая духовность, сама себя воспроизводящая в качестве вечности — это гомосексуальная гендерная структура и ничего традиционного в ней нет, как нет ничего "вечного" в современном нам смысле слова в самой традиции. Это и означают слова панк-молебна :

Чтобы Святейшего не оскорбить

Женщинам нужно рожать и любить

Разумеется, когда кто-то говорит, что не обязан рожать и любить только для того, чтобы соответствовать каким бы то было — государственным или духовным — нормам, то показывает тем самым, что богоданный плод и любовь не провоцируются и не порождаются никакой нормативностью. Напротив, любая нормативность зачинается, вынашивается, рождается и обживается в мире. Как обживется — перестает восприниматься как норма, как стимуляция.

Если родила, то уже оправдана — как писал Розанов. Именно это и говорят критики гендерной стереотипности: не думай, что ты обязан(а) соответствовать каким-то вторичным нормам — обладать соответствующим бюджетом, набором навыков и представлений — которые всегда существуют лишь на бумаге и никогда в реальности. Такого рода стандартизация — весьма естественная для стран Евросоюза — и провоцирует поиск альтернативной сексуальности — она вытекает из сознания того, что ты не отвечаешь заданному идеально-типическому образу — матери, отца, старика, ребенка, налогоплательщика и т.д.

Что же касается "абортного сознания", в пропаганде которого обвиняют критиков гендерной стереотипности, — то оно поддерживается гомосексуальным моральным консенсусом, который установился в России постепенно, в годы среднего и позднего — нынешнего — путинокапитализма. Дикая для любого еще советского человека — но совершенно форматная для нуворосса — мысль, что надо любым путем бороться с иждивенчеством, а делать добро могут только специально нанятые сотрудники благотворительных отделов, и есть основа — не для абортивности даже, а для тотальной индифферентности ко всему живому в принципе. Вся система, в которой "дети отцов" сидят на перераспределении ресурсов и ничем не могут помочь — ну разве что для развития волонтерства — тем, кто в эту систему не попал — абортивна. У нас абортивное "православие", абортивная политическая система, причем абортировать тебя могут в любом вобщем-то возрасте.

Формула советской деторождаемости звучала следующим образом: государство берет на себя всю ответственность за жизнь, здоровье и безопасность ребенка... НО! Родители должны поступать так, как если бы они ничего об этом не знали и вся ответственность за него лежала только на них. Вот это и есть по сути т.н. "социализм шведского типа", сторонником которого является Н. Толоконникова, а также все не попавшие в число "распределителей и посредников" — как в Европе, в США, так и в России. Именно этот факт вызывает немотивированное желание как можно скорее заклеймить это стремление в качестве беснования, экстремизма, пропаганды абортов, сексуальной распущенности и проч.

Когда речь заходит о Существе Дела, а не о политической игре в кошки-мышки между наци и антифашистами, в ход идут "фундаментальные" аргументы.


Прикреплённый файл:

 devochka.jpg, 7 Kb



Оставить свой отзыв о прочитанном


Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2019