19 августа 2018
Дневники

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Илья Бражников
11 марта 2015 г.
версия для печати

Яд и соль "Тангейзера"

Когда соль теряет силу, она становится — яд.

БГ

Художник имеет право на кощунство - за исключением единственного случая... И в поэзии, и в религии прекрасно лишь первое, а вот вторичное как раз и является пошлостью и кощунством. Вера "верующих", и искусство Т. Кулябина — это "соль, потерявшая силу"

Российские СМИ сообщают, что судебное преследование режиссера Тимофея Кулябина, инициированное новосибирской митрополией РПЦ в связи с его постановкой оперы Вагнера "Тангейзер", — прекращено в виду отсутствия состава преступления, а именно – «оскорбления чувств…» и «нарушения прав верующих».

Оправдательному приговору по громкому делу предшествовала массированная атака со стороны российских деятелей культуры ; в ряду других в поддержку новосибирского коллеги высказались Олег Табаков, Валерий Фокин, Евгений Миронов, Кирилл Серебрянников, Марк Захаров, Галина Волчек и Борис Гребенщиков.

Заметим, что никто из упомянутых vip-ов не вступился в свое время за участниц Pussy Riot в ходе Хамсуда по делу о «панк-молебне в XXC». Толоконникова и Алехина уже отсидели без малого два года, когда «деятели культуры» подписали письмо с просьбой о помиловании в рамках предстоящей общей амнистии. Не нашлось тогда почему-то и экспертов – религиоведов; зато «православным экспертам» дали разгуляться по полной, в результате чего и были выношены концептуальные уродцы, вроде «нанесения глубоких духовных ран», «оскорбления чувств верующих» и т.п. Есть, однако, огромная разница между делом о «панк-молебне» и делом о «Тангейзере». На Хамсуде мы видели почти безвестных дотоле панкушек, смешавших все форматы – так, что религия и искусство слились в едином молитвенном танце. Что это было на самом деле – панковский молебен или православный перформанс – так до конца и не стало ясно. В Новосибирске же на скамье подсудимых оказался хорошо известный в узком кругу представитель театральной среды с «правильной» культурной ориентацией. Осуждаемой акцией стала всего лишь «вольная трактовка» известной оперы, поставленная в надлежащем месте, под крышей государственного театра.

Скандал изначально носил дутый характер. Режиссер заранее обезопасил свои позиции: ведь автором всех «аллюзий на сакральное» выступает не он сам, но его персонаж, рыцарь Тангейзер, снимающий кино об Иисусе Христе. Стало быть, его Христос — это «Христос», а прочие религиозные атрибуты лишь театральная бутафория. На это в ходе слушания дела и обратили внимание эксперты, после чего дело было закрыто. В деле же о панк-молебне на кону стояла честь Той Самой – незакавыченной – Богородицы, затронутая «хулиганками» в «сакральном» пространстве храма, где даже стульчик под свечницей освящен и свят! Видимо потому, что Богородица, к которой они обратились с молитвой, была вовсе не нарисованная и не бутафорская, «пусси» получили настоящую «двушечку», а не штраф в 200 тысяч и уж тем более не оправдательный приговор. Суд же в связи с «Тангейзером» рассматривал лишь вопрос об «административном нарушении», несмотря на то, что со стороны истца звучали все те же, ставшие известными благодаря Pussy Riot формулы об «оскорблении чувств», «кощунстве» и т.д. Одно и то же правонарушение, как видим, может трактоваться по-разному – в рамках одной эпохи и одного судопроизводства.

Похоже, настоящие обвинители «кощунниц» тем самым хотели показательно извиниться перед общественностью за ту «двушечку», подтвердив по ходу, что в своем пространстве – пространстве культуры, искусства – деятели искусств вольны поступать по своему вкусу. В то время как в пространстве храма «верующим» гарантирована защита их «чувств», их эстетических предпочтений. Своего рода пакт о взаимном ненападении. Так что аргумент «а попробовали бы они это сделать в мИчети» по-прежнему остаётся в силе.

Отчего-то никому не приходит в голову, что вопрос о религиозном не стоит в обоих случаях, а вот эстетическое в равной мере может быть попрано как в храме, так и в театре; безвкусица остается безвкусицей независимо от того, является ли автор верующим, «воцерковленным», или, напротив, не разделяет «чувств верующих». «Чувства» (aisteseis по греч.) — эстетическая категория; верующие здесь в принципе не на своей территории.

Новосибирский суд оказался самым гуманным судом в мире. Борис Гребенщиков и другие деятели культуры могут пока не беспокоиться: «новое средневековье» и «костры инквизиции» — пока дело не ближайшего будущего. Впрочем, если бы суд действительно интересовало «оскорбление чувств», то Толоконникова и Алехина не отправились бы тогда в колонию, а вот постановщик «Тангейзера», напротив, выплатил бы компенсацию – но не «оскорбленному» истцу от РПЦ, а представителям более древнего сакралитета – к примеру, музам и в частности – Мельпомене. Не знаю, устроили бы ее 200 тысяч российских рублей или нет, но она – главный пострадавший в новосибирской истории вагнеровской пьесы. Вторым, наверное, является сам Вагнер.

Поясню, что я имею в виду. Кощунство (без кавычек) в «Тангейзере» Т. Кулябина, конечно же, имеется. Несмотря на театральные декорации, «постмодернистскими кавычками» и отсылками к разыгравшейся фантазии рыцаря Тангейзера тут не отделаться. Однако прежде следует признать, что Художник в принципе имеет право на религиозное кощунство. Когда Борис Гребенщиков поет: «Мадонну Джекки Браун взял в жены наш Бог-Отец…» или когда он же поет: «Породнились господа да с господней сранью…» — он также кощунствует. Тем не менее, это кощунство неподсудно, как и все другие, отвечающие решающему требованию искусства: они талантливы. То есть сказаны с силой, как власть имеющим. Можно напомнить в очередной раз: слова Христа о разрушении храма также воспринимались как кощунство, хотя имели лишь одну цель — открыть новую реальность, не вмещавшуюся в старое понимание. Художник подсуден лишь тогда, когда он не талантлив. Когда создаваемая им реальность – вторична. И в поэзии, и в религии прекрасно лишь первое, а вот вторичное как раз и является пошлостью и кощунством.

Я, разумеется, не видел оперы «Тангейзер» в версии Кулябина и едва ли увижу ее когда-нибудь. Мое знакомство с этой постановкой ограничено журналистским пересказом либретто и выборочным видеорядом. Однако на основании этого мне представляется, что перед нами как раз глубоко вторичное искусство. Никто не сможет меня разубедить в том, что маленький Христос, опирающийся распятыми руками на огромные раздвинутые ляжки – обыкновенная пошлость, которая, по определению, неоригинальна. Не говоря уж о том, что аналогичное изображение распятия было использовано в 1997-м году Милошем Форманом на афише его фильма «Народ против Ларри Флинта». Обыгрывание лобного места и женского лобка давно стало расхожим штампом. Пошлостью является и сам образ «Христа» – «полноватый Христос, целующий дамскую ножку». Дело здесь вовсе не в «наложении сакрального на неприличное» (хотя сам по себе этот мем, порожденный обвинителем Кулябина, попом Борисом Пивоваровым, обречен на долгую и счастливую виртуальную жизнь). В «полноватом Христе» нет решительно ничего сакрального, равно как нет ничего неприличного в женских ляжках. Но всё вместе это – заурядная фантазия человека, который не познал ни Христа, ни женщины. И не надо кивать на Тангейзера. Ведь эти образы создал не он, а режиссер-постановщик. Можно сказать,что это неоправданное кощунство. Не оправдывающее само себя, а значит – нуждающееся в оправдании извне. Теперь театральная общественность будет вынуждена оправдать режиссера и его талант, будет вынуждена оправдывать неталантливую постановку, называя её – талантливой. И значит, чувства (то есть вкусы) ценителей искусства будут обязательно «оскорблены».

В качестве позитива стоит отметить, что сам этот чудовищный оксюморон – «оскорбление чувств верующих», кажется, выходит из тренда. Все-таки было ужасно стыдно за нашу культуру, когда обремененные степенями эксперты обосновывали в Хамсуде эту химеру. Чувства могут быть приятными или неприятными. Как неприятен запах, цвет или звук. А оскорбление – понятие этическое. Оскорбляются честь, достоинство, принципы. То есть категории моральные и рациональные. Это хорошо, что суд косвенно признал «оскорбление чувств верующих» фантомом и фейком.

Но нелицеприятный итог процесса также очевиден: в мире, где мы живем, нет больше искусства, как нет и религии. Нет режиссеров и нет «верующих». Нет принципов и нет чувств. Остались только одни названия и смутная память — как бы сквозь сон — о том, что когда-то это значило. Верующий имеет веру. А вера есть «уверенность в невидимом» (ап. Павел). Искусство и религия в равной мере претендуют на эту уверенность. Искусство «иконоборческое» направляемо тем же поиском «уверенности». А вот иконы, хоругви, статуи — любые образы свидетельствуют скорее о неуверенности. «Уверенным» они не нужны. Иконоборчество, ниспровержение «священных» образов – такая же форма религии, такая же составляющая православия. «Уверенные» исламисты потому и борются с любыми изображениями, что выступают как верующие.

Потому режиссер не виноват: он не борется со «священными» образами. Он создает китч, провоцирующий людей определенного склада. Возвышенное (оно же — сакральное, невидимое, непредставленное), бывшее солью того, что когда-то было и религией, и искусством — неинтересно режиссеру. Он не преследует его, не оно — его цель. И это, конечно, должно быть оскорбительно само по себе — как для «верующих», так и для тех, кто полагал предметом искусства невидимое. Ничего, оказывается, там и не было.

Стало быть, и вера "верующих", и искусство Т. Кулябина — это "соль, потерявшая силу".

А "когда соль теряет силу, — как проникновенно поведал нам упомянутый выше Борис Гребенщиков, в песне со своего последнего альбома, она становится — яд".


Прикреплённый файл:

 tangey.jpg, 20 Kb



Оставить свой отзыв о прочитанном


Предыдущие отзывы посетителей сайта:

16 марта 15:13, Teoslav:

смотрины сисек


31 марта 11:45, Ржавый:

Влепите уже этому пидару кулябину двушечку! Кощунник должен кукарекать под шконкой. Местое зечье жаждет попрбовать сладкий творческий анал!


7 апреля 20:41, Teoslav:

Похоже модератор запил.


8 апреля 16:53, Валерий_Шипков:

Тема сисек раскрыта полностью.

МНЕНИЕ КОММУНИСТА

---------------

Эта постановочка (с позволения, так сказать) ни разу не является искусством. Режиссёр на добротные театральные подмостки вынес откровенную чернуху на грани порно. Практически полностью тут подходит фраза Владимира Ильича Ленина: "Это не интеллигенция. Это говно". И я как-то с ним полностью согласен)

Вообще, это историческое произведение. Но вот так его представить зрителю -- надо быть мягко говоря больным на всю голову.

Влепить двушечку -- за убийство столько же дают. По-моему, это перебор. А вот лишить это режиссёра и актёров на пять лет заниматься подобного рода деятельностью, а по истечению срока заставить сдавать экзамены -- я совсем не против. Не может режиссёр нормальную постановку сделать -- нехай на улицах снег убирает да сосули сшибает. Больше толку будет.



Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2018