11 декабря 2018
Опыты

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Илья Храбров
28 октября 2011 г.
версия для печати

После антагонизма

Капитализм никогда не смог бы осознать себя капитализмом, если бы он не был бы отделен от социализма (коммунизма). Сегодня марксизм "умер" как история, но остается вне конкуренции как теория. Именно поэтому теософы, традиционалисты, постиндустриальные неолибералы и гламурные медиа-наци так мечтают "снять" его.

Самая трудная и важная задача — показать, что марксизм обосновывает как капитализм, так и социализм (коммунизм).

Капитализм никогда не смог бы осознать себя капитализмом, если бы он не был бы отделен от социализма (коммунизма).

Марксизм – это рефлексия социумом своей истории в качестве субъекта, а не объекта. Согласно марксизму, до его возникновения история объективно создавала теории и на их базе идеологии (либерализм, монархизм, капитализм, коммунизм). После марксизма сама теория стала создавать историю, вбросив в нее идеологические платформы для обоснованного в марксизме капитализма.

При этом исторический ленинизм предполагает антагонизм социализма (теоретического марксизма) и капитализма (практического либерализма).

Прежде всего, К. Маркс исследует и описывает капиталистическое общество и открывает закон прибавочной стоимости. Для того, чтобы понять суть марксизма, нужно понять суть прибавочной стоимости и ее историко-теоретической роли на сегодняшний день.

Капитализм сейчас существует лишь потому, что по-прежнему существует его диалектическая противоположность – теоретический коммунизм (марксизм) который, как известно, на практике реализован не был. Очень важно понять, что марксизм был исторически (но не универсально) реализован именно как фактическая борьба социализма и капитализма. То есть исторически марксизм есть борьба капитализма и социализма в себе. Даже капитализм осознает свое развитие только через это противопоставление. И сегодня, когда главный субъект тождества теории и истории марксисткого коммунизма – СССР – остался в истории и марксизм как антагонизм капитализма и социализма.

Именно этим и объясняется название книги Тома Адама «Странная смерть марксизма». Действительно, по мнению автора этой книги очень трудно понять «смерть» марксизма. Марксизма больше нет как истории, так как у исторически сложившегося капитализма не осталось исторически сложившегося социализма, оппонирующего ему на уровне практики. Марксизм «умер», потому что он остался только в теории, а не в истории (то есть перестал быть ленинизмом), а суть его теории именно в том, чтобы быть историей. Марксизм — это не торжество коммунизма вследствие победы социализма над капитализмом, а сама эта борьба. Конечно, эта теория до сих пор стремится в историю и не оставляет влияния на нее.

Антагонизм холодной войны – это и есть марксизм (точнее марксизм-ленинизм), тогда как антагонизм сверхдержав и цивилизаций ушел в другую плоскость. Теперь мы имеем антагонизм аморфноструктурирующегося внутри себя либерального капитализма (западного мира и либерально-капиталистического («демократического)) и некой – пришедшей на смену социализму противоположности, которую по инерции ищет западный мир. Как говорит госпожа В. Новодворская «Оставьте мне Северную Корею! А иначе с кем же я бороться буду?» В военном штабе РФ говорят: «Без геополитической доктрины не может быть военной доктрины». Без идеологической не может быть геополитической.

В данном контексте становятся ясны причины т.н. «финансового кризиса». Прибавочная стоимость есть стоимость прибавочного продукта, который был произведен прибавочным трудом. Эта стоимость присваивается капиталистом. Мы имеем 10 единиц товара, и один из них есть прибавочный продукт, стоимость от реализации которого капиталист, не делясь с работником, присваивает себе. Это значит, что объем денег, существующих в экономике по емкости стоимости (цене) эквивалентны лишь 9-ти единицам товара, так как стоимость 10-й единицы не пройдет в обращение через оплату труда рабочего. Таким образом, необходимо эмитировать новые деньги в экономику под эту прибавочную стоимость присвоенного прибавочного продукта. Это и создает закономерность инфляции.

Раньше, когда капиталистической системе противостояла плановая социалистическая экономика, без принципа прибавочной стоимости, мировая финансовая система была стабильна: капитализм эмитировал деньги, социализм их покрывал через свою экономику, которая противостояла капитализму, и который мог через военные заказы и кампании отмывать инфляционные деньги. Сейчас, когда такого системного (а не государственного) противостояния нет, и вся мировая финансовая система инвестирует (за исключением некоторых экономически изолированных анклавов государств-членов «оси зла») в прибавочную стоимость национальные валюты, — спекулятивный капитал, не имея противовеса, приобрел критическую массу (от 515 трлн. долл. до более чем 1 квадриллиона долл. по разным оценкам) и спикировал в глобальную (финансовую (организационную)) рецессию – то есть грубо говоря, в мире нет уже таких мегазаказов, чтобы прибавочная стоимость их прибавочного продукта покрывала бы бонусы топ-менеджеров и обслуживающих их спекулянтов. Раньше таким мегазаказом было противостояние социализму.

Таким образом, резюмируя все сказанное, можно сказать, что марксизм «умер» как слово, обозначающее историко-политическую реальность антагонизма социализма и капитализма. Марксизм-ленинизм представляет собой тождество теории и истории марксизма.

Марксизм был уникальным явлением в истории, когда теория и практика были реализованы практически в мировом масштабе на протяжении XX-го века. Ницшеанство и фашизм, как естественное продолжение либеральной идеологии и идеологическая «надстройка» капиталистического крыла марксизма, выступали в противовес исторически оформленному социализму в отдельно взятой стране с его идеологической надстройкой – сталинизмом.

В завершение — о феномене «культурного марксизма». Действительно, марксизм как теория, а не как история, есть уже не более чем этно-культурный маркер, и в этом смысле он уже выступает объектом историко-социологических исследований. Хотя проблема, поставленная марксистким диалектическим материализмом отнюдь не снята никакой теорией. Нет еще теории, которая способна делать историю; и в этом смысле мир вернулся к домарксистскому периоду своей истории — фактически, но не методологически. Вопрос — какой ценой он вернулся к этому состоянию и зачем? Но это вопросы, выходящий за рамки данной статьи, и здесь можно только сказать, что все потенциально бродившие идеологии и теории (теософия, традиционализм, евразийство, неолиберализм, New Age, «либеральный коммунизм» и media-культура «информационного и постинформационного» общества и т.п.) только и ждут своей возможность снять марксизм в указанном выше смысле. Что, безусловно определяет контуры интеллектуального поиска и напряженности в этом глобальном направлении.

Возникает вопрос о том, каков будет расклад сил, и какая сила станет универсальным регулятором? Быть может, сам марксизм был направлен на борьбу с какой-либо из этих сил? Быть может, марксизм, породивший ницшеанскую этику любви к дальнему (а в таком случае ницшеанство есть радикальная либеральная идеология морали капиталистического крыла антагонизма) — и есть главная цель некоего плана, который реализовался в двух мировых войнах? Что ж, западный мир экономически и идеологически готов воспринять мораль любви к дальнему, возможно, это и была цивилизационная миссия теоретического марксизма и исторического ленинизма; на Западе это называют демократией… И будут на местах делать революции гламурные медиа-наци или какие-нибудь американские лимоновцы — не имеет системного значения.


Прикреплённый файл:

 marx-anim.jpg, 3 Kb



Оставить свой отзыв о прочитанном


Предыдущие отзывы посетителей сайта:

4 ноября 22:29, Посетитель сайта:

ОЦЕНКА. Стабильная советская ПЯТЁРКА по политэкономии! Последний абзац очень умный масштабный и глубокий.Это весьма талантливое оргинальное замечание


8 ноября 17:01, хрюн:

___ Мы имеем 10 единиц товара, и один из них есть прибавочный продукт, стоимость от реализации которого капиталист, не делясь с работником, присваивает себе. Это значит, что объем денег, существующих в экономике по емкости стоимости (цене) эквивалентны лишь 9-ти единицам товара, так как стоимость 10-й единицы не пройдет в обращение через оплату труда рабочего.___

Да когда же эта дурь кончится! Прибыль у капиталиста будет только после реализации товара. Она зависит в первую очередь от реальной ренты – если она, например, выше средней по данному региону, то капиталист не получит и десятой части стоимости – он разориться. Это Адам Смит ещё до рожденья Маркса писал.

Нет никакой прибыли в заводах за полярным кругом. Если подневольные рабочие произведут сколько угодно продукции, это не значит, что с неё будет прибыль. Развитие производства без учёта рентабельности – только разорение народа. Рентабельность отменить нельзя, как нельзя отменить закон тяготения.

Вот пример – китайская машина стоит 200000 тысяч в случае импорта. Теперь её собирают в Черкесске кривыми руками и продают за 350000 тысяч. Если нужно помочь бедным, так раздайте эти лишние 150 тысяч бедным – зачем тратить все деньги на никчёмный завод?


9 ноября 17:30, хрюн:

___В завершение — о феномене «культурного марксизма». Действительно, марксизм как теория, а не как история, есть уже не более чем этно-культурный маркер__

О да, марксизм и вправду маркер – типа чёрная метка. И «культурные марксисты» бояться этой метки, как чёрт ладана. Недаром франкфуртская школа – основанная как институт марксизма назвала себя «Институт Социальных Исследований». Бил Линд хорошо описал эту кодлу в своей статье.

Однако суть марксистов одна – захватить власть и заткнуть рот критике, а для этого они развивают комплекс вины в среднем и высшем классе общества. В России перед 17 годом они культивировали вину перед голодранцами и евреями. Сейчас, особенно на западе, к этому добавилась вина перед чёрными, перед феминистками, перед голубыми. У нас в среде новых националистов начали формировать комплекс вины перед «бедными русскими гопниками». Как сказал Севастьянов, « мне русский алкоголик намного дороже интеллигентного лезгина, хоть тот на свои деньги в России построил несколько православных храмов» .

Главное сформировать и развить комплекс вины , и уж совсем неважно перед кем эта вина. А уж воспользоваться этим комплексом марксисты сумеют. Сразу найдутся представители угнетённых негров, бедных гопников, несчастных феминисток и начнут брать власть во имя «трудового народа» и тут же начнут прижимать всех несогласных


5 января 21:00, Посетитель сайта:

хрюну

А вы никогда не задумывались, что качественная продукция, например, нерентабельна?

Соевое мясо - рентабельно, натуральное - нет.

Рентабелен "макдональдс", чебуреки с собачатиной, колбаса с сортирной бумагой. Рентабельна китайская майка с нашивкой D&G, да и без нее. Рентабельна торговля наркотиками и проституция, наконец.

А вот лечение больных раком или инвалидов - нерентабельно.

Если бы таким, как вы, свашей "рентабельностью" дать волю- жили бы мы в каменном веке, даже в Средневековье не удержались бы.

Хорошо одно - всюду вас треклятый СанПин или Потребнадзор достанет, а ежели в Европах - то и вовсе от ихних надзоров деваться некуда!

А в Таджикистане с такими структурами, говорят, проблем нет. Эмигрируйте, чтоли?



Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2018