26 февраля 2020
Опыты

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Анна Ефанова
12 января 2012 г.
версия для печати

Потребление образов

Культура изготовления вещей в одночасье вытеснилась культурой изготовления мифов о вещах...В таких условиях человек не ощущает «произведенности» окружающего мира и собственного соучастия в нем. Возникает ощущение спонтанности желания, протеста, интереса, коммуникации. Кажется, что они рождаются «сами собой», а мы лишь «выбираем» их по собственному вкусу.

До изобретения электричества производство какого-либо продукта представлялось непосредственно сопряженным с человеческой деятельностью. Само собой полагалось, что для изготовления чего-либо требуются определенные силы и средства, что любой продукт предполагает определенные трудозатраты, количество времени на изготовление и поддержание. С приходом эры электричества, невероятно быстрым ростом значения медийных средств и массовой коммуникации на смену традиционной схеме пришла новая.

Все возрастающие возможности производить сколько угодно чего угодно вытеснили практику изготовления вещей в «третий мир». В Европе и США культура изготовления вещей в одночасье вытеснилась культурой изготовления мифов о вещах — брэндов.

Если «евангелием» эпохи машинного производства, пишет Н. Кляйн, — была идея товарного производства, то для современной электрической эпохи основным является выдумывание концепции, брэндинга. Все заботы о материальном производстве конечного продукта большие компании давно переложили на подрядчиков и поставщиков [1]. Мы сталкиваемся с усложнением процесса донесения чего-то до адресата: если раньше человек «просто» шел и приобретал, или изготовлял необходимую ему еду и одежду, предметы быта и т.п., то сейчас его запросы продиктованы получаемой им из рекламных сообщений разного уровня и свойства информацией, они в сотни и тысячи раз увеличены по сравнению с реально необходимым для человека.

Если ранее "схема потребления" могла условно описываться так:

Потребность —> удовлетворение потребности

то сегодня эта схема выглядит таким образом:

Производство —> рекламное сообщение —> Потребность —> Удовлетворение потребности.

Причем в большинстве случаев само производство заключается в придумывании концепций, мифов, идей, под которые впоследствии изготовляется конечный продукт, качества которого не имеют особенного значения. Самое основное для современного социума — продвижение идей, «брэндов».

Люди потребляют идеи, то есть нематериальные сущности. Наоми Кляйн описывает одинаковую для большинства мировых марок (брэндов) ситуацию: после производства мифа владелец не интересуется самим конечным продуктом, чаще всего он никак не участвует в его материализации. «Социальный миф зачастую открыто являет наличие целенаправленного и волевого создателя мифа, который выступает агентом мира Системы («матрицы», как сказали бы почитатели одноименного фильма) по отношению к потребителю мифа, для которого миф является непреложной частью его жизненной реальности и непосредственно переживаемым убеждением»[2].

Еще в 1936 году Вальтер Беньямин в классической работе «Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости» задается вопросом о том, возможно ли в условиях массового общества сохранить «ауру» («уникальное бытие») тех культурных ценностей, которые много веков считались недосягаемыми. Очарование произведений искусства в эпоху технической воспроизводимости перестает быть недосягаемым. У любого желающего есть возможность повесить у себя дома репродукцию «Моны Лизы», для того, чтобы увидеть картину, нет необходимости ехать в Лувр (в данном случае речь не идет о ценителях искусства, которые пока еще едут из разных уголков планеты, чтобы видеть подлинник; смысл заключается в том, что каждый желающий может ознакомиться с любым произведением). Беньямин пишет, что процесс репродуцирования уже достиг такого мощного ускорения, что может поспеть за устной речью. Естественно, чем более доступно произведение искусства, тем меньше становится вокруг него ореол таинственности, ощущение возвышенности и недосягаемости.

Человеческие стремления в эпоху электричества направлены на формирования «правильного» желания и на потребление образов. Схема человеческой жизни основана на желании недосягаемого. Человек хочет шоколад, который видел в рекламе, ровно до тех пор, пока не имеет возможности его приобрести. Как только он становится обладателем продукта, его стремления и желания переключаются на что-то иное, и так до бесконечности. Современная нам эпоха — эпоха производства и тиражирования образов, которые и потребляет человек. Материальная составляющая брэнда (то есть сам непосредственно продукт) не интересует потребителя. Его ум занимает миф об этом продукте. «Современные «брэндмейкеры» осознают необходимость и вовсе сбросить узы зависимости от покупательского «спроса»[3], потому как само понятие «спрос» в общепринятом значении давно исчезло, уступив место бесконечному потреблению мифов.

Большинство исследователей сходятся во мнении, что современное общество пресыщено информацией. Человек постоянно пребывает в иллюзии осведомленности на любой счет, а «неуверенность и двойственность легко устраняются услугами экспертов" [4].

С точки зрения Лазарсфельда и Мертона («Массовая коммуникация, массовые вкусы и организованное социальное действие», 1948) широкое распространение массовой коммуникации способствует искусственной информируемости людей в разных областях, что провоцирует массовое безразличие, апатию. Маршал Маклюэн определил медиареальность как наступление «Эпохи Тревоги», вызванной «электрическим сжатием, принуждающим к привязанности и участию невзирая ни на какие «точки зрения»[5]. Лазарсфельд и Мертон называли способность массовой коммуникации к повсеместному информированию наркотизирующей дисфункцией. Доступность информационных потоков способствует расслаблению, усыплению, наркотизации людей. Постоянное ощущение полной информированности ведет к бездействию, скрываемому эффектом медиа-активности.

В таких условиях человек не ощущает «произведенности» окружающего мира, он оторван он мира вещей и не ощущает собственного соучастия в воспроизведении современного ему мира.

Возникает ощущение спонтанности желания, протеста, интереса, коммуникации. Кажется, что они рождаются «сами собой», а мы лишь «наблюдаем» их или «выбираем» по собственному вкусу.

[1] см. Наоми Кляйн. No logo. Люди против брэндов.

[2] Ульяновский А.В. Социальный миф как брэнд: философская антропология, эстетика, на границах запрета, etc. Монография в 2 т. СПб.: Роза Мира, 2003. Т. 1. С. 23

[3] Бражникова Я. Г. Зеркало спекуляции. http://www.pravaya.ru/look/15055

[4] Бауман З. Свобода. М.: Новое издательство, 2006. С. 82.

[5] Маклюэн М. Понимание Медиа: внешние расширения человека. Центр фундаментальной социологии. Москва – Жуковский: Канон-Пресс-Ц. Кучково Поле, 2003. С. 8.


Прикреплённый файл:

 code.jpg, 9 Kb



Оставить свой отзыв о прочитанном


Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2020