12 ноября 2019
Правая вера
Соборность

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















свящ. Александр Ионов
15 января 2009 г.
версия для печати

Краткий исторический очерк процедуры избрания Предстоятелей Русской Церкви

Хотелось бы коснуться и такого вопроса в поставлении русских Патриархов, как их настолование или интронизация. Интересно, что патриаршая интронизация до сер. XVII в. включала в себя повторную хиротонию, с чтением молитвы “Божественная благодать, всегда немощная врачующи…”. Такая практика была унаследована еще от периода митрополии, а именно она сложилась в XVI в., когда на митрополию возводились не только епископы, но и настоятели крупных монастырей

Как известно, Русская Церковь начала свое бытие в качестве митрополии Константинопольского Патриархата и высшее церковное управление на Руси тогда возглавлялось присылаемым из Константинополя митрополитом. В истории Русской Церкви в эти первые века были примеры и самостоятельного поставления митрополитов (можно вспомнить митрополита середины XI в. Иллариона, автора “Слова о Законе и Благодати”). Однако тогда это не стало канонической нормой, хотя и привело к тому, что примерно с середины XIII в. прочно устанавливается практика последовательного назначения на русскую митрополичью кафедру то греков, то русских. Таким образом, Константинополь весьма специфически учитывал мнение Русской Церкви при избрании Первоиерархов последней.

Ситуация в корне изменилась в середине XV в. после отпадения назначенного Константинополем митрополита-грека Исидора и Константинопольского Патриархата в целом в знаменитую Флорентийскую унию с Римом. С декабря 1448 г. в Москве стали самостоятельно поставлять митрополитов, первым из которых стал святой Иона. Необходимо отметить, что тогда Русская Церковь получила фактическую автокефалию, не закрепленную юридическим согласием кириархальной Константинопольской Церкви. После возвращения последней из унии необходимо было разрешить данную каноническую неувязку. Однако решение этого вопроса растянулось до 1589 г., когда приехавший в Москву Константинопольский Патриарх Иеремия возвел митрополита Иова в Патриархи. Последующие Соборы Восточных Патриархов 1590 и 1593 гг. закрепили усвоение Русской Церкви статуса Патриархата, даровав Ей 5-е место в диптихах. Также было отмечено, что впредь русские будут самостоятельно избирать и посвящать своих Предстоятелей, уведомляя об этом Восточных Патриархов.

Какова была процедура избрания Предстоятелей в первые века автокефалии, до Петра I? Избрание производилось на Соборе с достаточно широким составом: были представлены не только епископы, но и настоятели наиболее значительных монастырей, а позднее и представители белого Московского духовенства (в основном, кремлевские протопопы). С конца XV в. в Соборах принимали участие великий князь (позднее – царь) с членами своей семьи и Боярской думой. Такая практика участия обусловлена, в первую очередь, примером кириархальной Константинопольской Церкви, а также данью уважения к великокняжеской власти в деле утверждения Православия на Руси. На заре нашей автокефалии именно великий князь Василий II Темный выступил защитником Православия в деле преодоления последствий Флорентийской унии: он первым предпринял такой исторический шаг, как удаление с митрополичьего престола грека Исидора, подписавшего эту унию и вернувшегося из Италии кардиналом и папским легатом.

Облечение русского Предстоятеля саном Патриарха в целом не повлияло ни на круг его полномочий, ни на процедуру избрания. Усилилось лишь влияние православного русского царя и его правительства на процесс избрания. И это закономерно, поскольку учреждение в России Патриаршества в 1589 г. было во многом заслугой государственной власти в лице будущего монарха, а тогда главы правительства при царе Феодоре Иоанновиче, Бориса Годунова. В чем же выражалось участие православной монархии в этом избрании? Зачастую Собор просто соглашался с кандидатурой, предложенной царем. Так было, например, при избрании патриарха Филарета (Романова), являвшегося отцом первого царя новой династии. Следующий патриарх, Иоасаф I, был избран в 1634 г. совместно царем и Освященным Собором, который предложил на усмотрение монарха трех кандидатов. Имело место и применение жребия. Так в 1642 г. был избран патриарх Иосиф: члены Освященного Собора произвели в Успенском соборе во время молебна перед Владимирской иконой Богоматери жеребьевку представленных царем 6-ти кандидатов, имена которых были написаны на запечатанных царской печатью записках.

Хотелось бы коснуться и такого вопроса в поставлении русских Патриархов, как их настолование или интронизация. Интересно, что патриаршая интронизация до сер. XVII в. включала в себя повторную хиротонию, с чтением молитвы “Божественная благодать, всегда немощная врачующи…”. Такая практика была унаследована еще от периода митрополии, а именно она сложилась в XVI в., когда на митрополию возводились не только епископы, но и настоятели крупных монастырей. Догматически и канонически повторное рукоположение уже облеченного архиерейский сан лица было не совсем правильно, и оно было отменено Большим Московским Собором 1666-1667 гг.

Именно на этом Соборе был в последний раз в истории Русской Церкви поставлен в Патриархи священнослужитель не в сане епископа, архимандрит Троице-Сергиева монастыря Иоасаф. Конечно, над ним была совершена архиерейская хиротония с произнесением тайносовершительных слов. После Иоасафа II в патриархи избирались только епископы, хотя формально контингент избираемых только лицами в сане архиерея был ограничен только Уставом об управлении РПЦ 1988 г.

Первый патриарший период истории Русской Церкви закончился при императоре Петре I со смертью в 1700 г. 10-го русского Патриарха Адриана. Со времен Петра I Церковь в России не имела возможности ни собирать Соборы, ни избирать Предстоятеля. Как известно, с 1721 г. во главе Русской Церкви стоял Святейший Синод, члены которого назначались по указу императора.

Несмотря на то, что петровская церковная реформа получила post factum благословение Восточных Патриархов, которые в грамоте на имя Петра I называли российский Синод своим “во Христе братом”, тем не менее, упразднение должности Предстоятеля в известной мере противоречило строгой церковной канонике. 34 правило Свв. Апостолов предписывает “епископам всякого народа” иметь Первоиерарха, почитать его как главу и ничего не делать без его рассуждения, равно как и сам он не должен делать ничего (видимо, превышающего его власть как епархиального архиерея) без совета с другими епископами. Таким образом, каноны подчеркивают положение Первоиерарха как первого среди равных ему епископов. Важно, что упомянутое апостольское правило указывает на связь единомыслия Первоиерарха и остальных епископов с одной из основных истин Православной веры, Троичным догматом: “Ибо тако будет единомыслие, и прославится Бог о Господе во Святом Духе, Отец, Сын и Святый Дух”.

С особенной остротой вопрос о возрождении канонического порядка, соборности и патриаршества был поставлен в начале XX в. Разум церковный как бы предчувствовал надвигающуюся на Отечество и Церковь катастрофу и требовал незамедлительных церковных преобразований, церковного возрождения русского народа. Когда в начале марта 1917 г. в России de facto перестала существовать монархия, стоящие у кормила церковного встали лицом к лицу перед проблемой организации высшего церковного управления: не стало императора, Помазанника Божьего, по указу которого формировался состав Синода. Необходимо было в кратчайшие сроки созвать Поместный Собор, который бы решил вопросы церковного устройства в новых условиях. Период весны-лета 1917 г. стал временем особенно активной подготовки к Собору. И хотя Предсоборный Совет, подготовительный к Собору орган, в своем проекте переустройства высшего церковного управления ничего не сказал о Патриаршестве, фактически решив вопрос о его возрождении отрицательно, тем не менее, окончательное решение оставалось за самим Собором.

Собор начал свою работу в Москве 15 августа 1917 г., в праздник Успения Пресвятой Богородицы Божественной Литургией в Успенском соборе Кремля. Прошло чуть больше трех месяцев, и в праздник Введения Богородицы в том же храме состояла интронизация Патриарха.

Необходимо обратить внимание на уникальность Собора 1917-1918 гг., как по продолжительности трудов (3 сессии, более года) и количеству рассмотренных вопросов, так и по тому, что на нем были представлены все самые лучшие силы российского Православия того времени. Помимо епархиальных архиереев, в Соборе приняли участие представителя клира и мирян. Большинство из 564 членов Собора составили выборные от 66 епархий, причем выборы были многоступенчатыми: на уровне прихода, благочиния и епархии. Каждая епархия была представлена своим правящим архиереем, а также 5 избранными соборянами: двумя клириками (один из которых — обязательно в сане пресвитера) и тремя мирянами.

С проведением Собора спешили не просто так. Он должен был состояться ранее Учредительного собрания, которому предстояло решить вопрос о форме государственного правления в России, приняв в расчет и соображения Поместного Собора, а также утвердить решения последнего (Церковь тогда не была отделена от государства и мыслилась часть государственного аппарата). Как известно, в январе 1918 г. большевики распустили Учредительное собрание, которое едва успело начать свою работу. Таким образом, Поместный Собор, заседавший до 20 сентября 1918 г., остался, следуя светским понятиям, единственным легитимным органом на огромной территории ввергнутой в безвластие России, поскольку в избрании Собора летом 1917 г. принимало участие большинство дееспособного населения страны. На это важно обратить внимание, поскольку это обеспечивало “легитимность” и избранных Собором постоянных органов высшего церковного управления, Святейшего Патриарха и состоявших под его председательством Священного Синода и Высшего Церковного Совета. Патриарха в 1917 г. избирала как бы вся Православная Россия, что и обусловило авторитет святителя Тихона у населения страны в последующие тяжелые годы, а также значимость самого события восстановления Патриаршества.

Вопрос об организации высшей церковной власти стал одним из основных в работе Собора. Первоначально он обсуждался на заседаниях соборного отдела о высшем церковном управлении, который уже к 11 октября 1917 г. подготовил доклад, зачитанный на пленарном заседании Собора епископом Астраханским Митрофаном, будущим священномучеником.

Необходимо отметить, что среди членов Собора были и противники восстановления Патриаршества. Основных их аргументом была якобы несвоевременность возрождения института патриарха, будто бы носящего монархическую окраску, что весьма неуместно после свержения в России монархии. Многие противники патриаршества не видели разницы между церковной соборностью и светским парламентаризмом и ошибочно полагали, что избрание Патриарха сведет на нет только что начавшую возрождаться соборность. Конечно, аргументация противников патриаршества была слаба и канонически, и исторически: ведь Русская Церковь утратила древнюю соборность одновременно с утратой Патриарха, который по древним канонам и выступал как бы гарантом этой соборности (по должности – председатель Соборов).

Не останавливаясь подробно на соборных прениях по вопросу о восстановлении Патриаршества, отметим лишь, что 4 ноября 1917 г. Собором было принято историческое постановление, которое наряду с восстановлением Патриаршества, объявляла высшей властью в Русской Церкви Поместный Собор, которому должен быть подотчетен Патриарх вместе с возглавляемыми им постоянно действующими органами высшего церковного управления. Эти органы были учреждены Собором позднее: Священный Синод из 12 архиереев и Высший Церковный Совет, где помимо епископов заседали представители клира и мирян.

Сама процедура выборов Патриарха в 1917 г. проходила следующим образом. Сначала тайным голосованием в несколько этапов были избраны три кандидата архиепископы Харьковский Антоний (Храповицкий) и Новгородский Арсений (Стадницкий) и митрополит Московский Тихон (Белавин). 5 ноября в Храме Христа Спасителя перед специально принесенной из занятого большевиками Кремля Владимирской иконой Богоматери посредством жребия, который достал из ковчежца старец Зосимовой пустыни преподобный Алексий, был избран в патриархи святитель Тихон. В праздник Введения Пресвятой Богородицы, 21 ноября 1917 г., состоялось настолование Патриарха Тихона в Успенском Соборе Кремля.

31 июля (13 августа) 1918 г. Собор принял Определение о порядке избрания Святейшего Патриарха, где была четко прописана процедура формирования избирательного Собора в составе епископов, клириков и миря. Так, Московской епархии предоставлялось выбирать на Собор в 10 раз больше представителей, чем другим епархиям (30 вместо 3). К сожалению, это правило не соблюдалось впоследствии и не оговорено в ныне действующих уставных документах РПЦ, хотя и имеет под собой все основания, ведь Патриарх является не только Предстоятелем всем Русской Церкви, но и правящим архиереем Московской епархии (сейчас de facto г. Москвы). Второй момент, который хотелось бы отметить в этом соборном Определении, это ограничение возможных кандидатов в Патриархи кругом лиц в священном сане (причем “не состоящие в иночестве” священнослужители обязывались “прежде поставления в Патриархи принять иноческое пострижение”). Закрепляло определение и процедуру избрания Патриарха в последнем туре посредством жребия из 3-х избранных Собором кандидатов (жребий не применялся лишь при единогласном избрании одного кандидата). По поводу жребия хотелось бы отметить отдельно, что практика его применения известна с апостольских времен и закреплена в Св. Писании (Деян. гл. 1: избрание 12-го апостола на место отпавшего и Иуды) и имела место, по крайней мере, в древней Церкви, что видно хотя бы из термина “клир”, который в переводе означает “жребий”.

Принятые Собором 1917-1918 гг. правила избрания никогда не применялись на практике. Это обусловлено началом гонений ХХ в., которые не позволяли долгое время организовывать церковное управление в соответствии с канонами. После кончины Патриарха Тихона в 1925 г. не было условий для созыва избирательного Собора, однако сам покойный святитель назначил в своем завещании трех потенциальных Патриарших Местоблюстителей, из которых на свободе оставался лишь будущий священномученик митрополит Петр (Полянский). Необходимо отметить, что еще 24 января 1918 г. Поместный Собор, предвидя надвигавшуюся на Церковь и Отечество грозу, санкционировал возможность назначения самим Патриархом Местоблюстителя на случай отсутствия на момент кончины Патриарха Священного Синода и Высшего Церковного Совета, которым в нормальных условиях предоставлялось право избрания Местоблюстителя.

Патриарший Местоблюститель митрополит Петр, едва приступив к исполнению своих обязанностей, был вскоре арестован. Управление Церковью переходило к назначаемым им Заместителям Местоблюстителя, которые также последовательно арестовывались, пока в 1927 г. Заместителем Патриаршего Местоблюстителя не стал митрополит Нижегородский Сергий (Страгородской). В 1936 г., после получения ложных известий о кончине митрополита Петра, который был расстрелян лишь в 1937 г., митрополит Сергий стал Местоблюстителем.

8 сентября 1943 г., когда в ходе Великой Отечественной войны наметилось некоторое потепление церковно-государственных отношений, появилась возможность избрать нового Патриарха на Архиерейском Соборе, многие участники которого прибыли прямо из мест заключения и ссылок. Патриархом был избран путем открытого голосования Патриарший Местоблюститель митрополит Сергий, которому был усвоен титул “Патриарха Московского и всея Руси”, а “не России”, как в титуле Патриарха Тихона. Это связано с тем, что к тому времени “Россией” (РСФСР) называлась лишь часть прежнего российского государства, а емкое понятие “Русь” включало в себя и другие территории, на которых проживают народы, составляющие значительную часть паствы Патриарха (Украина, Беларусь).

После кончины Патриарха Сергия в 1944 г. Местоблюститель был вновь назначен не по избранию, а по завещанию почившего Патриарха. Им стал митрополит Ленинградский Алексий (Симанский), избранный на Патриарший Престол путем открытого голосования на собравшемся 31 января 1945 г. в Москве Поместном Соборе. Помимо этого Собор принял “Положение об управлении РПЦ”, которое в общих чертах касалось всех сторон церковного управления и пришло на смену документам Собора 1917-1918 гг., поскольку их невозможно было выполнять при тогдашних церковно-государственных отношениях. Первая глава Положения была посвящена Патриарху, раскрывала его права и обязанности, в общих чертах – процедура его избрания, в соответствии с которой Патриарх должен был избираться не позднее 6 месяцев с момента освобождения Патриаршего Престола на Соборе (п. 14). Интересно, что в данном пункте “Положения” Собор не назван прямо Поместным и не оговорен его состав. Тем не менее, все последующие Патриархи избирались на Поместных Соборах. Не оговорена в “Положении” и процедура избрания (так, патриарх Пимен в 1971 г. был избран, как и два его предшественника, открытым голосованием).

“Положение” 1945 г. действовало до 1988 г., когда на Юбилейном Поместном Соборе было заменено более пространным “Уставом управлении РПЦ”. Юбилейный Архиерейский Собор 2000 г. принял разработанный на основе данного документа “Устав РПЦ”, который еще должен быть утвержден на предстоящем Поместном Соборе.

В периоды междупатриаршества, которые могут возникнуть в случае кончины Патриарха, его ухода на покой и т.п., Русской Церковью управляет Священный Синод во главе Местоблюстителем Патриаршего Престола. Согласно “Положению” 1945 г. (п. 12) им становился старейший по хиротонии постоянный член Синода (в 1970 г. это был митрополит Крутицкий и Коломенский Пимен, через год избранный Патриархом). Устав 1988 г. (гл. IV. п. 13) изменил данную практику: теперь Местоблюститель избирается Священным Синодом из числа его постоянных членов. Устав 2000 г. внес в этом отношении лишь небольшую поправку: теперь председательствующим на избирательном заседании Синода является не Киевский митрополит, а старейший по хиротонии постоянный член Синода. Данная норма является возвращением к решениям Собора 1917-1918 гг., с той лишь разницей, что Определение “о Местоблюстителе Патриаршего Престола” от 28.VII/10.VIII.1918 предусматривало в данном случае заседание соединенного присутствия Синода и Высшего Церковного Совета (последнего органа, включавшего в свой состав, помимо архиереев, избранных Поместным Собором представителей клира и мирян, ныне не существует в РПЦ) и прямо предписывало тайное голосование (Уставы 1988 и 2000 г. предоставляет Синоду право самостоятельно установить процедуру голосования).

Поместный Собор для избрания нового Патриарха согласно букве Положения 1945 г. и Уставов 1988 и 2000 гг. должен созываться не позднее 6 месяцев после кончины (ухода на покой и т.п.) предыдущего Патриарха. Поместный Собор 1917-1918 гг. предписывал в данном случае более короткий, трехмесячный, срок (в случае совпадения с периодом Великого Поста и Пасхальной седмицы дозволялось продлевать его до праздника Преполовения).

Процедура избрания на Собор делегатов от клира, монашествующих и мирян и их квота по Уставу 1988 г. устанавливалась Синодом, а Уставу 2000 г. – Архиерейским Собором. Заседание Священного Синода 10 декабря 2008 г. приняло “Положение о составе Поместного Собора”, которое, видимо, согласно букве Устава 2000 г., будет утверждено Архиерейским Собором 25-26 января 2009 г., который будет предшествовать Собору Поместному. Традиция, когда Поместному Собору предшествовал Архиерейский (в 1971 и 1988 гг. – Архиерейские совещания), первоначально сложившаяся de facto, в Уставах 1988 и 2000 г. была закреплена de jure: Архиерейский Собор отныне несет ответственность за подготовку Поместного Собора, утверждает проект программы, повестку дня, регламент заседаний и структуру последнего, а также вносит предложения по процедуре избрания Патриарха. Окончательное решение по данным по вопросам, согласно букве Устава 2000 г., принадлежит все же самому Поместному Собору (гл. II. пп. 2, 5-е). Важно отметить, что Собор 1917-1918 гг. в своих постановлениях не предусматривал отдельных Архиерейских Соборов как таковых (за исключением Архиерейского Совещания в составе действующего Поместного Собора) и само это понятие было введено лишь “Положением” 1945 г.

Уставы РПЦ 1988 и 2000 гг. касательно процедуры избрания Патриарха прямо предписывают ее проведение в рамках закрытого заседания, оставляя прочие моменты на усмотрение самого Поместного Собора, который должен принимать в расчет рекомендации Архиерейского Собора по этому поводу. Принятие в 1988 г. “Устава об управлении РПЦ” и произошедшие в годы “перестройки” общественно-политические изменения позволили на Поместном Соборе 1990 г., когда Патриархом был избран Алексий (Ридигер), вернуться ко многим нормам Собора 1917-1918 гг., в т.ч. к процедуре тайного голосования при выборах Патриарха. Важно также отметить, что выбор происходил из 3-х кандидатов, предложенных Архиерейским Собором (для выдвижения дополнительных кандидатов не хватило голосов). Процедура тайного голосования не прописана в Уставе 2000 г. (как и в Уставе 1988 г.), однако, как было заявлено по итогам заседания Священного Синода 24 декабря 2008 г., порядок избрания будет в целом повторять процедуру выборов 1990 г., т.е. голосование будет тайным.

Отдельно хотелось бы отметить те требования, которые предъявляют уставные документы РПЦ к кандидатам в Патриархи. В последние десятилетия наметилась тенденция в сторону сужения круга лиц, могущих быть выдвинутыми в качестве кандидатов пост Патриарха. С 1988 г. (Устав 1988. Гл. IV. п. 17) им может быть: а) только архиерей РПЦ (последним в истории русским Патриархом, избранным не из архиереев, а из архимандритов Троице-Сергиева монастыря, стал Иосаф II в 1667 г.); б) обладающий богословским образованием (согласно Уставу 2000 г. – высшим), достаточным опытом церковного управления (Устав 2000 г. конкретизировал – “епархиального управления”, т.е. кандидатом может быть лишь епископ, занимающей или ранее занимавшей пост епархиального архиерея, причем, видимо, не менее 2-х лет, поскольку именно такой критерий применяется при приглашении на заседания Синода его временных членов); в) отмеченный приверженностью к каноническому правопорядку, пользующийся доброй репутацией и доверием иерархов, клира и народа; г) “имеющий доброе свидетельство от внешних” (1 Тим. 3, 7). Требование Устава 1988 г. об обладании кандидатом гражданством СССР в Уставе 2000 г. заменено формулировкой: “иметь возраст не моложе 40 лет” (Устав 2000. Гл. IV. п. 17-д).

Таким образом, коротко рассмотрев процедуру избрания Первоиерархов Русской Церкви в ее историческим развитии, следует отметить исключительную важность Предстоятеля для Церкви, общества и страны в целом. На первых порах это выражалось в стремлении иметь в качестве Предстоятеля своего соотечественника, русского по крови и духу. Впоследствии, после получения нашей Церковью фактической, а затем и официальной автокефалии данный момент нашел отражение в представительности русских церковных Соборов, избиравших митрополитов, а затем и Патриархов. В них принимали участие не только иерархи церкви, но и представители клира, монашествующих и мирян в лице русской аристократии (бояр во главе с монархом). Важно, что эта традиция была возрождена и после восстановления Патриаршества в 1917 г. и сохраняется и поныне. Именно Собору Поместному, включающему свой состав и весь епископат Русской Церквей, и широкое представительство клира и народа церковного предстоит в конце января 2009 года избрать 16-го Патриарха Московского и всея Руси.





Оставить свой отзыв о прочитанном


Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2019