21 ноября 2019
Правление
Политическая история

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Сергей Фомин, Звенигород
14 сентября 2004 г.
версия для печати

«Вот идёт мученица - Царица Александра!»

Главы из готовящейся к печати книги о царице-мученице Александре Федоровне "Скорбный ангел"

(текст публикуется в сокращении. Желающие могут скачать его полностью)

Поездка Императрицы Александры Федоровны с дочерьми в Новгород. Многие документы публикуются впервые.

Новгород в переписке Царственных мучеников впервые появляется еще в сентября 1915 года.

Государыня – Императору (09.09.1915): «Я думала о Новгороде (не говори В. [i] ), и Ресин [ii] уже наводил справки. От главной магистрали это, на лодке или автомобиле даже, слишком далеко – 60 верст, так что надо пользоваться узкоколейной дорогой. – Ночь можно провести в поезде, – приехать туда утром, позавтракать и т. д., и вернуться к 10 1/2 часам вечера, потому что я должна осмотреть собор. Там теперь новобранцы, и поэтому я думаю, не лучше ли мне дождаться Твоего возвращения. – Если так, то телеграфируй мне “подожди с Новгородом”, – тогда я так и сделаю. – Наш Друг желает, чтобы я больше разъезжала, но куда?»

Император – Государыне (11.09.1915): «Ты спрашиваешь меня о поездке в Новгород – разумеется, поезжай теперь без меня, так как у меня, вероятно, не будет времени, когда я вернусь домой».

В тот раз с поездкой в Новгород что-то не сложилось. Снова к этой идее царица обратилась через год:

Государыня – Императору (8.12.1916): «Мы собираемся в Новгород, как я тебе уже говорила. Мы сядем в поезд в субботу с ночи, выедем очень рано, в воскресенье утром будем на месте, пробудем там несколько часов, осмотрим церкви и, думается мне, несколько госпиталей, опять домой, проведя ночь в вагоне, а в понедельник утром прямо из вагона отправимся в лазарет, – таким образом мы не упустим дела. – Я пошлю за Ресиным и все ему скажу. Не помню, кто там губернатором, – на этот раз не стану делать из этого тайны, чтоб увидеть побольше народа. Но я всегда так робею без тебя, мой дорогой!»

Н. Козлов (А. А. Щедрин), современный православный исследователь: «Следует ли говорить, что эта поездка состоялась по настоянию Распутина? Ничего не предпринимавшая без благословения старца, государыня поступила и на этот раз не вопреки, а согласно его пожеланию. […] Благословляя поездку императрицы в Новгород, Распутин имел в виду дать некоторое отдохновение измученной многомятежной людской молвой душе государыни и, вероятно, предположить, что от него было не скрыто, какое утешение и подкрепление на будущие страдания ждало ее там» [iii].

Государыня – Императору (9.12.1916): «Мы сегодня вечером повидаемся с Нашим Другом, – я очень рада. У бедной Ани вчера страшно болела нога, нечто вроде Drachenschuss`a и ишиаса, – она кричала от боли. Сейчас у нее Б. [iv], она сегодня лежит в постели, а потому я не знаю, сможет ли она завтра ехать. Мы берем с собой Настеньку, Ресина и Апраксина. Девочки ликуют, так как они любят спать в поезде, но мне будет грустно одной».

Император – Государыне (9.12.1916): «Я очень рад Твоему решению посетить Новгород, древнейший город России. Ты будешь чувствовать себя совсем иначе, когда вернешься. Я это всегда замечал после поездок по стране. Губернатор Новгорода – превосходный человек, которого я люблю. Его фамилия Иславин [v] . Пожалуйста, передай ему мой поклон».

Государыня – Императору (10.12.1916): «…Так как у Ани очень неблагополучно с ногой, три раза была у нее, – принимала массу, – прямо минуты нет свободной. Но она надеется ехать с нами сегодня вечером. […] Сейчас явится Жевахов [vi]. Завтра передам Твой привет Иславину. Эта поездка будет приятным развлечением, только мне будет ужасно недоставать Тебя».

Князь Н.Д. Жевахов: «Было 4 часа дня 10 декабря. Я сидел за письменным столом и был погружен в свои обычные занятия. Раздался телефонный звонок и голос: “Сейчас будут говорить с вами по дворцовому проводу”…

Я взволновался, ибо никогда ни с кем не разговаривал по этому проводу. У телефона была А.А. Вырубова, сказавшая мне:

“Императрица желает видеть вас. Приезжайте сегодня к 6 часам вечера во дворец”…

[…] С обычной лаской и чарующей приветливостью встретила меня императрица и в этот раз.

“Вы знаете, кажется, все святые места в России, – сказала мне государыня, – и я бы хотела посоветоваться с вами, прежде чем куда-нибудь поехать… Сначала я хотела бы, вместе с дочерьми, посетить Новгород, а потом Тихвинский монастырь. Вы, верно, знакомы с Новгородскими святынями: скажите мне, куда я должна заехать, а я запишу”…

[…] Я хорошо знал Новгород… Сделав перечень новгородских святынь, я добавил:

“В Десятинском монастыре [vii] проживает и до сих пор великая подвижница, 116-летняя старица Мария Михайловна… Я ездил к ней для назидания еще будучи студентом университета… Она пользуется большим почитанием и слывет среди народа за прозорливую”.

“Пожалуйста, запишите ее адрес: я непременно заеду”, – сказала императрица, подавая мне карандаш и кусочек почтовой бумаги.

[…] Высказав мне благодарность за полученные указания, императрица отпустила меня, сказав, что желает ехать в Новгород 12 декабря.

Только вернувшись домой, я вспомнил, что не спросил государыню, должен ли я сопровождать ее величество в этой поездке, или нет. На мой телефонный запрос А.А. Вырубова ответила, что ее величество желает придать своей поездке частный характер, так как едет на богомолье» [viii].

Из дневника великой княжны Ольги Николаевны (10.12.1916): «Мама была у Ани [ix] и видела Калинина [x]. Едем в 7 ч. ко всенощной. Веч[ером] заехали к Ане, где был Григ[орий] Еф[имович] и Федосья Степ[ановна] [xi]. Они обедали. После в лазарет. Там все благополучно. Ничего особенного не делали. К 11 ч. поехали в поезд и ночью ушли в Новгород» [xii].

Император – Государыне (10.12.1916): «Надеюсь, Твоя поездка пройдет благополучно, и Новгород Тебе понравится. Я там был раз, летом 1904 г., как раз перед рождением Бэби».

Император – Государыне (11.12.1916): «Надеюсь, посещение Новгорода не утомит тебя!»

ПРЕБЫВАНИЕ ЕЕ ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА ГОСУДАРЫНИ ИМПЕРАТРИЦЫ АЛЕКСАНДРЫ ФЕОДОРОВНЫ В г. НОВГОРОДЕ

11 декабря, в воскресенье, посетила Новгород ее императорское величество Государыня Императрица Александра Феодоровна с августейшими дочерьми Ольгой Николаевной, Татианой Николаевной, Марией Николаевной и Анастасией Николаевной. Императрицу сопровождали князья Иоанн Константинович и Андрей Александрович. Ее величество пожаловала в Новгород поклониться его святыням и обозреть местные лазареты.

В 10 часов ее императорское величество вступила под своды древнего Софийского собора, насчитывающего почти уже девять веков своего существования (собор основан в 1054 г.). Часы были к этому времени прочитаны. Владыка архиепископ приветствовал Императрицу речью. В предшествии архиепископа, державшего в руках св. крест, Императрица проследовала на свое место около правого клироса, где и изволила слушать литургию, которую совершали архиепископ Арсений и преосвященный Алексий [xiii] с духовенством. Позади Императрицы стали ее царственные дочери.

Бога бойтесь, князя чтите. Вот завет христианам современника построения собора св. епископа Луки (ум.1059). Бога бойтесь, Царя чтите. Урок этот, в написанном св. Лукою поучении, вот уже восемь с половиною веков доносится до слуха внимательных богомольцев собора из его гробницы, находящейся здесь же, под сводами Св. Софии. Прислушиваясь к зову древнего святителя, наполнявшие 11 декабря Софийский собор богомольцы должны были молиться Богу с особым усердием.

Они видели, как благочестивейшая Государыня опустилась на колена при пении «Достойно и праведно есть поклонятися Отцу и Сыну и Святому Духу». Поднялась с колен Императрица уже после пресуществления св. Даров, когда на клиросе пропели «Тебе поем». Коленопреклоненно молилась Государыня во время пения молитвы «Отче наш». Земным поклоном Она встречала Спасителя, во св. дарах дважды являющегося народу в конце литургии при возглашениях «Со страхом Божиим и верою приступите», «Всегда, ныне и присно и во веки веков».

Государыня Императрица делит скорби военной тяготы со всем своим народом. Государь Император и наследник цесаревич находятся при войсках. Тревога, какую переживают за своих мужей и сынов все русские женщины, одинаково наполняет и сердце царицы. И новгородцы видели, как царица коленопреклоненно молилась во все время чтения молитвы за царя: «Господи Боже сил, Боже спасения нашего, Боже, творяй чудеса Един… Возвесели сердце вернаго раба Твоего, благочестивейшаго, самодержавнейшаго Государя нашего Императора Николая Александровича о милости Твоей, укрепи Его силою Твоею». Царица неизменно осеняла себя крестом всякий раз, когда на ектениях поминали ее царственного супруга, наследника цесаревича, христолюбивое воинство. На коленях молилась Императрица на молебне при возглашении вечной памяти «христолюбивым воинам, на брани живот свой положившим».

Примеру благочестивейшей Государыни следовали ее царственные дочери, с трогательною заботливостью иногда помогавшие своей матери подниматься с колен.

По окончании молебна владыка архиепископ имел счастье поднести Государыне Императрице икону св. Софии Премудрости Божией, великой княжне Ольге Николаевне икону святителя Никиты, великой княжне Татьяне Николаевне икону св. Иоанна Архиепископа, великой княжне Марии Николаевне икону св. Владимира Ярославича и великой княжне Анастасии Николаевне икону св. князя Феодора Ярославича.

[…] Приняв иконы и просфоры, eе величество со своими августейшими дочерьми прикладывались к мощам угодников Божиих, нетленно почивающих в Софийском соборе. […]

Из собора ее величество и их высочества проследовали в покои его высокопреосвященства. Отсюда, в сопровождении архиепископа и преосвященнного Алексия, губернатора и свиты, Государыня изволила посетить епархиальный лазарет в Арсениевском доме. У входа в палату встретили Государыню Императрицу члены Епархиального комитета, которых представил ее величеству владыка архиепископ. В палате приветствовали Государыню Императрицу персонал лазарета и больные и раненые в числе 41 человека. Приняв рапорт врача лазарета Н.Г. Чакалева о состоянии лазарета, Государыня Императрица обратилась к больным и раненым, выстроившимся в ряд вдоль палаты. Каждому из них она собственноручно надела на шею серебряный образок Казанской [иконы] Божией Матери, каждого из них спросила, какого он полка, и тепло и участливо осведомлялась о состоянии их здоровья… Скорбная, сострадающая, с христианскою жалостью и лаской склонялась Государыня над кроватями тех больных, которые по состоянию своего здоровья не могли встать с постели, и также оделяла их образками. Вместе с Государыней Императрицей раздавала больным образки великая княжна Мария Николаевна. Когда Государыня Императрица обошла всех больных, высокопреосвященнейший Арсений остановил внимание ее величества на иконе святых Новгородских, осеняющих палату-зал, устроенный для религиозно-нравственных чтений и бесед. Благоговейно осенив себя крестным знамением, Государыня Императрица с августейшими дочерьми изволила проследовать в церковное древлехранилище.

[…] Кроме Софийского собора, Государыня Императрица в Новгороде изволила посетить Десятин и Юрьев монастыри, Знаменский собор и Печерскую часовню.

В Десятин монастырь ее величество с августейшими дочерьми изволила прибыть в начале 3-го часа дня. У порога храма Императрицу встретила игумения Людмила, в притворе духовенство и монахини со светильниками. Приложившись ко св. кресту и по окроплении св. водою, ее величество, при пении тропаря храму и св. великомученице Варваре, изволила прикладываться к мощам св. великомученицы Варвары.

На солее храма поднес ее величеству от обители икону св. великомученицы Варвары владыка архиепископ […] Здесь же владыка благословил ее величество иконой Сошествия Св. Духа на апостолов от св. Духова монастыря. […] Из храма ее императорское величество посетила покои настоятельницы игумении Людмилы и потом почитаемую старицу Марию Михайловну, проживающую в гостинице монастыря, у которой и пробыла 11 минут. Старица благословила Государыню иконою преподобного Сергия Радонежского, а великих княжен и князей иконами Св. великомученицы Варвары с просфорами.

Из Десятина монастыря чрез весь двор до гостиницы монастыря ее императорское величество следовала пешком.

Около трех часов дня ее величество пожаловала в Юрьев монастырь, первоначально основанный в 1030 году. […] В половине пятого часа ее императорское величество изволила пожаловать в Знаменский собор. По встрече настоятелем собора, протоиереем А. Конкординым, со св. крестом и водою, ее величество и августейшие дочери прикладывались к чудотворной иконе Божией Матери, краткие исторические сведения о которой имел счастье сообщить о. настоятель собора. В Знаменский собор была принесена и чудотворная икона святителя Николая из Никольского собора, к которой ее величество также прикладывалась… […]

Облобызав подносимую икону, которую держал о. настоятель собора, ее величество с августейшими дочерьми и свитою изволила отбыть в часовню Владимирской иконы Божией Матери, именуемой Печерскою. […] В Печерской часовне, по поручению владыки, встречал высоких богомольцев местный благочинный Новгородских церквей 2 округа протоиерей Михаил Твердынский, который удостоился чести сообщить исторические сведения о святыне. Ее величество подробно осматривала часовню и коленопреклоненно помолилась пред иконою Богоматери, облобызав ее. […]» [xiv]

***

Из дневника великой княжны Ольги Николаевны 1916 г.: «В поезде между Новгородом и м[остом] чер[ез] р. Хересть [?]

6 ч. 25 м. Воскресенье. 11-е декабря. Колесников.

Выехали сегодня ночью в 3 ч. 10 м. и прибыли в Новгород в 9 1/2 ч. утра. В 10 ч. были в Софийском соборе. Была архиерейская обедня с молебном до 12 ч. Обошли разные святые мощи и пошли пешком архиер[ейский] дом. Прошли по всем покоям и в лазарет. Раненых не много. Внизу зашли в древнехранилищницу и в 1 ч. были дома. С нами завтракали, кроме обыкновенных, а именно: Ани, Настеньки, гр. Апраксина, Ресина, Ходоровского, Колесникова [xv], начальника дороги, Иоанн, Андрюша и губернатор. Войска, запасные батальоны и полки сначала стояли шпалерами. В 2 ч. поехали в Земскую больницу, Десятинный женский мон[астырь].

Везде целовали образы и т. д. Зашли к старице Марии, потом приют для беженцев детей, и в Юрьевский монаст[ырь] мужской, в 5 верст[ах] от города. Настоятелем там старик, кот[орый] ходил с Папой вокруг света. Во 2-й церкви там же похоронена гр. Орлова-Чесменская. Оттуда повезли нас в Дворянское собрание. Там тоже лазарет. Нижних чинов более 60 и 8 офицеров. Между ними Гуров 57 Люблинского [?] полка, вернувшийся из плена. Мы его видели у нас в лазарете у кап[итана] Трофимова. Пили чай за столом с дворянами. Поехали в Знаменский собор. Опять чудотворные иконы Знаменской [Божией Матери] и Николая Чудотв[орца], привезенная из другой церкви. Оттуда в часовню, где Богородица явилась в печке и осталась там. Ужасно хорошо и такой чудный был в часовне запах.

Потом городской лазарет и в еще какой-то, где было собрано из 5 лазаретов раненые, около 400 чел. Шел снег 3 мор[оза]. На станции только музыканты. Около 6 ч. уехали. В 7 ч. будем обедать. Потом сидели у маленьких в каюте с Колесниковым. Сперва так, потом он показывал пасьянс. В 10 ч. ранний чай в [1 нрзб.]. Удалось заснуть до Царского, куда прибыли в 12 ч. 20 м. ночи» [xvi].

Государыня – Императору (12.12.1916): «Ну, милый, Новгород был крупным успехом! Хотя было очень утомительно, душа вознеслась так высоко и придала нам всем силы – мне с моим больным сердцем и А. с ее больными ногами. Мы разъезжали, конечно, – сегодня все болит, но стоило того.

Я хочу, чтоб А. и Ольга написали тебе, а Анастасия – Бэби, так как каждый опишет по-своему, а я плоха по этой части. Губернатор был безупречен: организовал наши разъезды таким образом, что мы всюду поспевали вовремя, и подпускали толпу близко к нам. Какой восхитительный, старинный город, только слишком рано стало темнеть! Поедем туда вместе весной, когда там наводнение? Говорят, что тогда бывает еще лучше, и можно подъезжать к монастырям на моторных лодках. Проезжая мимо памятника Тысячелетия России, я вспомнила о большой картине, находящейся здесь, в Большом дворце. – Как великолепен Софийский Собор! Только, стоя прямо перед ним, нельзя было хорошо его разглядеть. Служба длилась два часа (вместо 4), пели великолепно. Мне было отрадно начать с обедни и помолиться за моих дорогих. – Иоанчик и Андрюша всюду ходили с нами. – Мы прикладывались ко всем святыням. Досадно, что все это пришлось проделать в такой спешке и что нельзя было в достаточной мере отдаться молитве перед каждой святыней и разглядеть все детали. Посылаю Бэби образ, перед которым мы стояли (и сидели). Епископ Арсений при нашем появлении произнес очень трогательное приветственное слово, молодой епископ Алексей оказался чрезвычайно изящным (лицеист). Они всюду следовали за нами в течение всего дня. – Затем, после обедни, длившейся от 10 до 12, мы отправились в лазарет, находящийся рядом с Епарх., через покои епископа, а также в музей сокровищ, собранных из старых церквей три года тому назад. Дивные старинные иконы, ранее находившиеся в разных церквах, монастырях, заброшенные, покрытые пылью. Их стали очищать, и проглянули живые свежие краски, – очень интересно, и мне очень хотелось бы в другой раз подробно рассмотреть все это, – Тебе бы это тоже понравилось. Затем мы вернулись в наш поезд; солдаты уже разошлись (к счастью). – Я позавтракала на диване. А[ня] в своем купе. У детей были И[оанчик] и Андр[юша], а также Иславин. Его жена и дочь встретила нас цветами и поднесли нам от города хлеб-соль. В 2 ч. Мы снова поехали в земский лазарет – он совсем небольшой. – Мы всюду раздавали образки. – Оттуда – в Десятинный монастырь, где хранятся мощи св. Варвары. Я посидела минутку в комнате игуменьи, а затем попросила, чтоб меня провели к старице Марии Михайловне (о ней говорил мне Жевахов), и мы прошли к ней пешком по мокрому снегу. Она лежала на кровати в маленькой темной комнатке, а потому мы захватили с собой свечку, чтобы можно было разглядеть друг друга. Ей 107 лет, она носит вериги (сейчас они лежат около нее), – обычно она безпрестанно работает, расхаживает, шьет для каторжан и для солдат, притом без очков, – никогда не умывается. Но, разумеется, – никакого дурного запаха или ощущения нечистоплотности, – она седая, у нее милое, тонкое, овальное лицо с прелестными, молодыми, лучистыми глазами, улыбка ее чрезвычайно приятна. Она благословила и поцеловала нас. Тебе она посылает яблоко (пожалуйста, – съешь его). Она сказала, что война скоро кончится – “скажи ему, что мы сыты”. Мне она сказала: “а ты, красавица – тяжелый крест – не страшись – (она повторила это несколько раз) – за то, что ты к нам приехала, будут в России 2 церкви строить (она повторила это дважды) – не забывай нас, приезжай опять”. Бэби она послала просфору (мы слишком торопились, и кругом была суета, а то бы я охотно с ней побеседовала), она всем нам дала по образку. Сказала, чтобы мы не безпокоились относительно детей, что они выйдут замуж, остального я не расслышала. – Позабыла, что она сказала девочкам. Я заставила И[оанчика] и А[ндрюшу] тоже зайти к ней, и послала к ней также Аню – она, несомненно, напишет тебе об этом. Я благодарю Бога за то, что Он дал нам ее увидеть. Это она несколько лет тому назад просила, чтобы сняли копию с большого образа Св. Девы в Старой Руссе и отослали ее Тебе. Не хотели этого делать, находя, что образ слишком велик. Затем началась война, она стала настаивать на своем. Желание ее было исполнено, и она сказала, что мы все примем участие в крестном ходе. Оно так и вышло, когда этот образ привезли 5-го (?) прошлого года к Феодоровскому Собору – помнишь? А Ты велел хранить образ при 4 стрелковом полке [xvii]. У меня имеется небольшая книжечка с ее жизнеописанием [xviii], Мне ее дал вчера старый слуга из Мариинского дворца (ее духовный сын). – Она произвела на меня гораздо более умиротворяющее впечатление, нежели старая Паша из Дивеева [xix]. Отсюда – в Юрьевский монастырь (5 верст от города) – там находится Твой старый Никодим, он боготворит Тебя, молится за Тебя и шлет Тебе привет.

Думаю, что Ольга подробно пишет Тебе обо всем этом. Окружавшая нас любовь и теплота, ощущение близости к Богу и к Твоему народу, единство и чистота чувств, – все это безконечно благотворно подействовало на меня, и мы уже обсуждаем поездку в Тихвин, монастырь с очень чтимой Богоматерью (образ), в четырех часах езды отсюда, – в Вятку и в Вологду. Апраксин узнает обо всем. – Сочетание лазаретов со святыми местами будет благотворно.

Так много старинного и исторического в Новгороде, что чувствуешь себя как бы перенесенной в другую эпоху! Старица встречает каждого словами: “радуйся, Невеста Неневестная”. Мы были в маленьком приюте для мальчиков Татьянинского комитета, туда привели также маленьких девочек из другого приюта. Затем мы отправились в Дворянское собрание, где Дамский комитет передал мне 5000 руб. Ими устроен там лазарет – великолепная огромная палата для солдат; офицеры в соседнем помещении. Мы пили чай очень мило, жена губернатора и Архиепископ сидели около меня, – было несколько дам, все уродливые; его дочь работает сестрой милосердия. Оттуда мы заехали в Знаменскую церковь. Посылаю Тебе купленный мною там образ Богоматери, – он так хорош! Пожалуйста, повесь его над своей кроватью, у Нее такой дивный лик, – и Невесту Христову, – которую от нас скрыли, Я ее видела в этот же день, – дабы она помогла Тебе. Туда же привезли чудотворный образ св. Николая, чтобы мы к нему приложились. – Какой это восхитительный храм! – Со сводами (очень крутые лестницы). У нас не хватило времени рассмотреть картину страшного суда, на которой были изображены Петр Великий и Меньшиков, по приказу Петра. – Наш автомобиль застрял, и толпа вытащила нас. Оттуда мы проехали к крохотной часовне, расположенной в саду. Здесь на печке в просфирной (несколько лет тому назад) явилась Богоматерь. Этот образ остался совершенно нетронутым, он только покрыт стеклом и оправлен драгоценными камнями. Такое сильное благоухание, мы с девочками сразу обратили на это внимание. Всюду я чувствовала с собой вас обоих и словно заодно с вами переживала все!

(Напиши А[не] несколько строк, как бы в благодарность. Это хорошо на нее подействует, так как она так тепло принимала во всем участие – губернатор и Никодим были очень милы по отношению к ней.) – Оттуда мы снова проехали в земский лазарет, куда свезли раненых из всех окружных мест, а также в городской. На вокзале купечество поднесло мне икону и яблоки. Трубачи местного запасного полка сыграли уланский марш».

Князь Н. Д. Жевахов: «Вскоре после возвращения ее величества из Новгорода, А.А. Вырубова уведомила меня телеграммою о том впечатлении, какое произвело на Императрицу посещение старицы Марии Михайловны. Я не буду останавливаться на этом впечатлении, нашедшем отражение в “Письмах” Императрицы к Государю; скажу лишь, что в гостиных провинциальной новгородской аристократии много шептались по поводу того, что ее величество посетила, по моему совету, старицу, жившую в такой грязной келлии… Передавая мне об этом, Императрица сказала:

“Меня все отговаривали от посещения старицы, находя, что ее келлия, откуда она не выходила 40 лет, действительно очень грязна; но зато душа ее чистая, и я никогда не забуду того часа, который провела у нее”…

Эта поездка чрезвычайно освежила Императрицу. Последующие дни были заняты заготовлением тех подарков, какие ее величество, впоследствии, передала мне для вручения их как старице Марии Михайловне, так и в те храмы, какие посетила. Я отвез их в Новгород к праздникам Рождества Христова…» [xx]

А.А. Вырубова: «В начале декабря 1916 года ее величество, чтобы отдохнуть душою, поехала на день в Новгород с двумя великими княжнами и маленькой свитой, где посетила лазареты, монастыри и слушала обедню в Софийском соборе. Помню, что и об этой поездке кричали в Петрограде, но что именно, не помню. Бог знает: и это не понравилось! Но в Новгороде огромная толпа народа восторженно встречала ее. При звоне колоколов старинных церквей государыня шествовала, окруженная любящим и ликующим населением, посещая святыни и больных и раненых воинов. До отъезда государыня посетила Юрьевский и Десятинный монастыри. В последнем она зашла к старице Марии Михайловне, в ее крошечную келлию, где в тяжелых веригах лежала много лет старушка. Когда государыня вошла, старица протянула к Ней свои высохшие руки и произнесла: “Вот идет мученица – царица Александра!” Обняла ее и благословила. Слова эти глубоко запали мне в душу» [xxi].

Государыня – Императору (12.12.1916): «Уехали в шестом часу, вернулись сюда в 10.20. – Ночь провели в поезде, с утра отправились в лазарет, сейчас мы отдыхаем, вечером повидаю Нашего Друга. – Так славно, покойно и тепло на душе!»

Император – Государыне (12.12.1916): «Я очень рад, что Ты довольна виденным в Новгороде. Да благословит Тебя Бог, мое солнышко!»

Государыня – Императору (13.12.1916): «Ангел мой, вчера мы обедали с Нашим Другом у Ани. Все было так мило, мы рассказывали про наше путешествие, и он сказал, что мы должны были прямо поехать к Тебе, так как доставили бы этим Тебе большую радость и “благодать”, а я боялась помешать Тебе!»

Император – Государыне (13.12.1916): «Безконечно благодарю за Твое длинное интересное письмо со множеством подробностей о Твоей поездке в Новгород. Ты видела больше, чем я в 1904 г. Конечно, было бы чудесно, если б мы могли поехать туда вместе весной! Спасибо также за образ – я очень рад иметь именно этот».

Государыня – Императору (14.12.1916): «Уже распространяли по городу слух (Дума), будто дворянство в Новгороде не приняло меня, а когда они прочитали, что мы даже пили чай вместе, то были уничтожены. […] Сегодня я удалила офицера из госпиталя М[арии] и А[настасии] за то, что он позволил себе смеяться над нашим путешествием, уверяя, что Протопопов подкупал народ, чтоб он принимал нас так хорошо. Женщина-врач, слышавшая это, была в ярости. […] “Не страшись”, сказала старица, а потому я пишу без страха…»

Одним из распространителей подобного рода «слухов», о которых пишет Государыня, был великий князь Николай Михайлович, известный масон и либерал. В одном из своих писем-отчетов о событиях 12-16 декабря 1917 г. он сообщал вдовствующей Императрице Марии Феодоровне: «Третьего дня государыня почувствовала необходимость посетить в разгар зимы Новгород и Юрьев монастырь. Казалось бы – самое естественное желание, но это делается для того, чтобы доказать, будто она всюду желанна, популярна и любая оппозиция ей исходит только из Петербурга.

Владыко Арсений, епископ Новгородский, узнав об этой поездке, примчался в свою епархию, чтобы оказать ей прием. Он только что голосовал в Государственном совете против правительства и очень опасался того, как она его встретит. Однако А[лександра] Ф[еодоровна] была очаровательна в общении с духовенством, дочери помогали ей, и отцы церкви остались довольны визитом. Однако энтузиазм народа был скорее умеренным, поскольку над всеми прочими чувствами преобладало сознание небезкорыстности этого зимнего визита. […]

В Новгороде государыня посетила келлию некой “старки” (это не название водки), старой 106-летней монашенки, впавшей в детство и говорящей предсказания. “Полезное занятие”» [xxii].

Характерно, что в фабрикации слухов, судя по всему, принимал участие и новгородский губернатор М.В. Иславин, утверждавший в неопубликованных своих воспоминаниях, что «в этой поездке государыню инкогнито сопровождал Г.Е. Распутин » [xxiii].

Государыня – Императору (15.12.1916): «Я рада, что Тебе понравилась икона, – разве Ее лик не прелестен, хотя печален. Я посылаю 3 лампадки от себя и детей Нов. Знам. [xxiv], Влад. Б. М. на печке и старице вместе с иконой. Съел ли Ты ее яблоко?»

Император – Государыне (16.12.1916): «Мы съели яблоко старицы, и оба [xxv] нашли его превосходным. Я прочел описание Твоего посещения Новгорода в “Русск. инв.”, единственной газете, которую читаю, и был очень доволен».

Из воспоминаний баронессы С.К. Буксгевден: «Свое последнее путешествие Императрица предприняла в декабре 1916 года, когда она посетила Новгород – город, в который она давно стремилась попасть, чтобы увидеть его многочисленные старинные церкви. Но сейчас ей хватило времени лишь на то, чтобы осмотреть военные госпитали. В этой поездке Императрицу сопровождал новгородский губернатор, а местная знать устроила в ее честь прием; но для придворных было очевидно, что этому приему недостает теплоты (хотя сама Императрица вряд ли осознавала это).

Императрица пожелала осмотреть древний собор, а затем вместе с дочерьми и князем Иваном Константиновичем отправилась повидать почитаемую в городе старицу, которой исполнилось уже больше 100 лет. Женщина приветствовала Императрицу словами: “Вот идет великомученица Императрица Александра”. Но ее величество, казалось, не расслышала этих слов. Она получила благословение старицы и покинула ее, утешенная и ободренная. Но те, кто был там вместе с ней, вернулись глубоко подавленными, так как им слова старицы показались дурным предзнаменованием» [xxvi].

***

Государыня – Императору (17.12.1916): «…Душевная напряженность за эти последние тяжелые месяцы, конечно, должна была отразиться на слабом сердце; эта чудная поездка в Новгород в физическом отношении была очень утомительна – вот старая машина и пришла в негодность».

А.А. Вырубова: «Через два дня после нашего возвращения из Новгорода, именно 17 декабря, началась “безкровная революция” убийством Распутина. 16 декабря Государыня послала меня к Григорию Ефимовичу отвезти ему икону, привезенную ею из Новгорода» [xxvii].

Ю.А. Ден: «Этот образок был одним из многих списков чудотворной иконы Божией Матери Псковской [xxviii], которые государыня привезла из Пскова [xxix], куда ездила вместе с их высочествами, чтобы посетить один из своих лазаретов. Ее величество купила эти образки […] На оборотной стороне всех этих образков члены императорской семьи написали карандашом свои имена и дату и раздали их друзьям. Один из образков получил и Григорий Ефимович…» [xxx]

Из дневника Великой Княжны Ольги Николаевны 1916 г.: «Суббота 17-го декабря.

Мы 2 [xxxi] к Знамени. Делала, что всегда, стелила койки и т. д. Соколов мрачнее ночи. Играли в блошки с Касьяновым против Т[атьяны] и улана. Ели с Мамой. Аня пила чай, обедала. Весь день сидели с Мамой. Отец Григорий с ночи пропал. Ищут везде. Ужасно тяжело. Были у всенощной здесь дома. Веч[ером] Мама, Аня исповедовались. Лили Ден была. Папа писал. Почти до 12 ч. сидели. Все ждали телефона от Калинина [xxxii] и т. д. Спали мы 4 вместе. Боже, помоги.

Воскресенье 18-го декабря.

В 9 ч. здесь обедня. Мама и Аня причащались. Она живет у нас в доме, т. к. Мама за нее боится. Около 11 ч. мы 2 в лаз[арет]. Дел очень мало. Там идет разборка, чистка и т. д. [нрзб.] Касьянов со вчерашнего дня в городе. У Папы был вчера и сегодня военный совет, в 4 1/2 ч. должен был выехать. Помоги Бог как тяжело. Аня и Лили утр[ом] и днем были. Пошли погулять с ней и Тити [xxxiii]. С утра чудное, яркое солнце, небо. Мороз сильный. Сидели все вместе.

Сохрани и спаси, Господи Святый.

Лили и Аня пили чай и будут обедать. П. Н. [Саблин] обедал и в 10 ч. уехал. После 11 ч. только разошлись. Настроение самое тяжелое. – Т[атьяна] и я спали с Мамой. Я на койке Папы, а она на кушетке. Все-таки уютней.

Понедельник 19-го дек[абря]. Зергунков.

Как всегда к Знамении и в лаз[арет]. Почти нечего делать. Пошли с Касьяновым в гостиную и при закрытых дверях и без никого я играла, а он напевал разные новые и красивые вещи. Он был очень, очень милым. Пошла дать лекарства и т. д. и опять поиграли. После 12 ч. после перевязок начала играть в блошки, всегдашняя партия, и мы с Касьяновым обыграли улан. Ели с Мамой. Окончательно узнали, что отец Григорий был убит, должно [?] быть, Дмитрием [xxxiv] и брошен с моста у Крестовского. Его нашли в воде. Как тяжело и писать не стоит. Сидели и пили чай с Лили и Аней и всё время чувствовался отец Григорий с Нами. В 5 ч. поехали на ветку по ошибке, а в 6 ч. встретили Папу и Алексея. Ужасно радостно. Обедали вместе. После 10 ч. Папа и Мама принимали Калинина, потом Д[ядю] Павла. Мы были у Ани в комнате. В 12 ч. спать.

Вторник 20-го декабря.

Мы 2 к Знамении и в лаз[арет]. Писала рецепты как всегда и темп[ературу]. Касьянов помогал, диктовал. Долго стояли вместе у шкафа. Почти ничего не делала. После блошки с Мейером против Т[атьяны] и Касьянова. Все время путалась, не удобно и ни к чему играть врозь. Был одет, чтоб в город ехать. Ели с Папой и Мамой и Ал[ексеем]. После 3 ч. с Папой гуляли. Яркий солнечный день. 13 м[ороза]. После чая посидели у Ани. Веч[ером] ничего особенного. Сидели вместе. После 11 ч. спать.

Сандро. Среда 21-го декабря.

В 9 ч. мы 4 Папа и Мама поехали к месту Аниной постройки, где была отслужена лития и похоронили Отца Григория в левой стороне будущей церкви. Спаси, Боже Святый. Были только Аня, Лили, Акилина, Феод[осия] Степа[новна], Жук [xxxv], полк. Мальцев [xxxvi], архитект[ор] [xxxvii] и священн[ик] [xxxviii]. После мы 2 к Знамении и в лаз[арет]. Писала, Касьянов диктовал, стелила койки, давала лекарства. […]

Четверг 22-го декабря.

[…] Папа и Мама всё принимают. Боже, как стараются и им тяжело. Помоги же им и благослови» [xxxix].

Из воспоминаний кн. Н. Д. Жевахова: «Следуя обычаю, от которого я не отступал в течение многих лет, я имел в виду провести Рождественские праздники где-либо в монастыре, вдали от шума столицы. Однако, накануне своего отъезда из Петербурга, я был вызван к Ее Величеству, и аудиенция изменила мои первоначальные планы. Прошло всего несколько дней после убийства Распутина, события, причинившего государыне так много боли…

…Разговор коснулся Новгорода и тех поручений, какие ее величество желала возложить на меня, ради чего и вызвала к себе. Передав мне о заготовленных иконах и лампадах для Новгородских храмов и монастырей, ее величество просила меня поехать в Новгород и передать высочайшие подарки, а также вручить икону и старице Марии Михайловне. В тот же день ящики с иконами были доставлены чрез курьера на вокзал, и я выехал в Новгород, предуведомив архиепископа Новгородского Арсения о своем приезде и прося владыку дать мне помещение в Архиерейском доме. […]

Передав владыке о цели своего приезда в Новгород, я просил распорядиться внести ящики в зал, чтобы, в присутствии владыки, вскрыть их. Там оказались драгоценные иконы и лампады, первые с собственноручными подписями Императрицы и царских дочерей на обратной стороне, вторые с царскими вензелями. […]

Спустя некоторое время владыка провел меня в основанный им Исторический музей, где трудами владыки было собрано много исторических ценностей. Я не мог не отдать должного энергии архиепископа, хотя понравился мне не столько музей, сколько тот обычай, о котором владыка мне рассказал и которому ежегодно следовал, привозя тюремным сидельцам на Пасху красное яичко. Осмотрев музей, я отправился с визитом к губернатору Иславину, а затем объехал Новгородские монастыри, посетив и 116-летнюю подвижницу Марию Михайловну, жившую в Десятинском монастыре, которой также привез подарок от Императрицы, драгоценную икону, с собственноручной надписью ее величества на оборотной стороне. Старица очень засуетилась, была чрезвычайно тронута царским подарком и, в свою очередь, стала искать глазами какого-либо подарка для Императрицы, но ничего не могла отыскать в своей убогой келлии, где, кроме ветхих икон, да бутылки с лампадным маслом, не было других вещей… Ее взор остановился на древнем образе Божией Матери: не имея сил подняться с своего ложа, старица просила меня передать ей икону… Долго рассматривая образ и творя про себя молитву, старица вручила мне эту икону со словами: “Отдай ее царице-голубушке. Пусть благословит этой иконой свою дочку, какая первой выйдет замуж”… Потом старица нашла подле себя жестянку с чаем, отсыпала горсть в бумажку и поручила передать чай в подарок Императрице. Долго беседовал я со старицею, которую давно знал и которую извещал в каждый приезд свой в Новгород: я расспрашивал ее о грядущих судьбах России, о войне…

“Когда благословит Господь кончиться войне?” – спросил я старицу.

“Скоро, скоро, – живо ответила старица, а затем, пристально посмотрев на меня своими чистыми, бирюзовыми глазами, как-то невыразимо грустно сказала, – а реки еще наполнятся кровью; еще долго ждать, пока наполнятся, и еще дольше, пока выступят из берегов и зальют собою землю”…

“Неужели же и конца войне не видно?” – спросил я, содрогнувшись от ее слов.

“Войне конец будет скоро, скоро, – еще раз подтвердила старица, – а мира долго не будет”…» [xl]

ВЫСОЧАЙШИЕ ДАРЫ

В великий праздник Рождества Христова причт и прихожане Знаменского собора осчастливлены были получением для собора высочайшего от ее императорского величества Государыни Императрицы Александры Феодоровны дара сребропозлащенной, в византийском стиле, круглой лампады к образу Царицы Небесной Знамения.

Лампаду эту в 3 часа пополудни доставили в Знаменский собор его высокопреосвященство и товарищ обер-прокурора Св. Синода князь Н. Д. Жевахов. Сряду же было отслужено молебствие о здравии Государя Императора и Государыни Императрицы, а на другой день после литургии отслужено еще молебствие соборне, причем о. настоятелем сообщено о высочайшем даре собравшемуся в соборе народу.

Другая лампада Государынею Императрицею пожертвована в Печерскую часовню Божией Матери. Лампада также доставлена товарищем обер-прокурора князем Н. Д. Жеваховым и его высокопреосвященством.

Старице Десятина монастыря Марии Михайловне князь Н. Д. Жевахов доставил высочайший дар – икону с изображением св. царицы Александры и тех святых жен, имена которых носят августейшие дочери их императорских величество. Икона с лампадою имеет собственноручные надписи Государыни Императрицы и их императорских высочеств.

Г. товарищ обер-прокурора князь Н. Д. Жевахов с высочайшими дарами прибыл накануне праздника Рождества Христова и отбыл обратно вечером 25 декабря [xli].

***

Из дневника Великой Княжны Ольги Николаевны 1916 г.: «Рождество Христово.

В 10 ¾ ч. с Папой к обедне. Мама и Ал[ексей] позже. Ели семейно. Чудное яркое солнце, небо. 7 м[ороза]. В 2 ч. все поехали в манеж на Конвойную ёлку. Алекс. Конст[антинович] и все милые были там. Так, на них глядя, отдыхаешь. [Нрзб.] В 3 ч. кончилось. Пошла с Папой погулять на 1/2 ч. – после Он с Мамой принимали Калинина. В 6 ч. мы 2 с Мамой к себе в лаз[арет] на ёлку, устраиваемую в гостиной. Все, кроме Соколова, были в сборе. Мама раздавала всем подарки. […] После обеда поиграла по заказу Папы божественные вещи и пошли все к Ане, где была вся семья отца Григория: Парасков[ья] Феод[оровна], Митя, Матрона и Варя. Они уезжают во вторник в Покровское. Пошли к Ал[ексею] и Тане. Ничего особенного не делали. В 11 ч. спать. Мама всё неважно Себя чувствует, но молодцом.

Из воспоминаний кн. Н. Д. Жевахова: «Оправившись от болезни, я испросил Высочайшую аудиенцию у Государыни и поехал в Царское Село с докладом о своей поездке в Новгород и с заготовленным для подписи Ее Величества рескриптом на имя начальницы Харьковского епархиального женского училища Евгении Николаевны Гейцыг. Это было в начале января 1917 года. […]

Доклад длился недолго, и, передав Императрице подарки от старицы Марии Михайловны, какие Государыня приняла и отнесла в соседнюю комнату, я стал рассказывать о деятельности Е. Н. Гейцыг…» [xlii]

ТЕЛЕГРАММА

Новгородскому губернатору от 30.01.1917 г.

Из Царского Села в Новгород.

Подана в час. 5 мин.

Новгород. Губернатору Иславину.

Ея Величество благодарит [за] извещение. Глубоко сожалеет. Рада, что пришлось повидать блаженную старицу до кончины. Искренний привет.

А. ВЫРУБОВА [xliii] .

ИЗ ПИСЕМ ГОСУДАРЫНИ А. А. ВЫРУБОВОЙ ИЗ ТОБОЛЬСКА

(24.11.1917): «Наши мысли будут встречаться в будущем месяце. Помнишь наше последнее путешествие и все, что случилось после».

(8.12.1917): «Годовщина нашего последнего путешествия, помнишь как уютно было. Старица добрая тоже ушла, ее образ всегда со мной. […] Надеюсь, что письмо 17 получишь, соединимся в молитвах».

(20.12.1917): «Вспоминаю Новгород и ужасное 17 число [xliv] и за это тоже страдает Россия. Все должны страдать за всё, что сделали, но никто этого не понимает».

ИКОНЫ ОТ СТАРИЦЫ

После цареубийства среди икон, найденных в Ипатьевском доме, были и небольшие писанные на дереве образки, подаренные царице старицей Марией Михайловной.

Упомянутые святые иконы, полученные в убогой келлии старицы в Новгороде, сопровождали царицу вплоть до ее мученической кончины. Благодаря одному из документов, хранящихся в деле о цареубийстве Н.А. Соколова, сегодня мы знаем, что это были за образы.

В подписанной куратором следствия генерал-лейтенантом М.К. Дитерихсом «Описи иконам, найденным при осмотре дома Ипатьева», среди других значатся:

«Иконка св. муч. Параскевы Пятницы, маленького образца, писана на дереве. На обороте надпись: “от старицы Марии Михайловны. Новгород. 11-го Декабря 1916 г.”.

Образ св. Сергея Радонежского, среднего размера, писанный на дереве. На обороте сначала чернилами поставлен крестик и под ним написано: “Болящей рабе Божией Марии в благословение от Епископа Паисия. 1916. Дек. 2”, а затем зачеркнуто карандашом и написано: “А. Ф. от старицы Марии Михайловны. Новгород. 11.XII.1916 г.”» [xlv].

Следует отметить, что в списке русских архиереев «епископ Паисий» не значится…

Что был за «древний образ Божией Матери», переданный старицей Марией Михайловной царице с князем Н. Д. Жеваховым в самом конце декабря 1916 г., установить пока также не удалось…

***

И в заключение приведем хранящееся до сих пор в одном из столичных архивов замечательное письмо юной новгородки, гимназистки Наташи Драницыной, связанное с той короткой поездкой-паломничеством в Новгород Великий святых царственных мучениц [xlvi]. Воспроизведем его, как эпилог, к описанной нами с возможной полнотой поездке:

«Царское Село.

Ее императорскому высочеству

великой княжне Анастасии Николаевне.

Ваше Высочество! Царевна Анастасия Николаевна!

Мой брат и я до сих пор вспоминаем тот день, когда Вы приехали к нам в Новгород. Особенно весело было, когда мы провожали Вас на вокзале и долго бежали за поездом, возле Вашего вагона, где Вы стояли у окна.

Мы мечтаем, что Вы еще раз побываете в нашем Новгороде. Он очень хорош весной, когда широко разливается Волхов. Особенно красив вид с высокой башни в Кремле, на которую мы любили взбираться.

Наш знакомый офицер Петр Михайлович Петров нам много рассказывал о том, как лежал раненый в лазарете в Царском Селе и показывал на Вашу фотографическую карточку с Вашей подписью!

Как хотелось бы мне получить карточку с Вашей подписью! Я поставила бы ее в свою комнату на письменный стол и вспоминала бы радостный день Вашего приезда в Новгород.

Я люблю свою комнатку, где читаю и готовлю уроки. Мне 15 лет и я учусь в гимназии и занимаюсь музыкой, а брат мой Боря, который вместе со мной бежал за поездом, учится еще дома.

У меня еще есть трехлетняя сестра, маленькая Таня.

Простите, царевна, что написала Вам письмо, может быть это и нельзя, т. к. написала потихоньку».

ПРИМЕЧАНИЯ

[i] Скорее всего, речь идет о дворцовом коменданте генерал-майоре В. Н. Воейкове. – С. Ф.

[ii] Александр Алексеевич Ресин (21.4.1857 +24.6.1933) Офицер лейб-гвардии Финляндского и лейб-гвардии 2-го стрелкового полков. Командир лейб-гвардии Кексгольмского полка, 2-й бригады, 3-й Гвардейской пехотной дивизии, Гвардейской стрелковой бригады. Начальник 2-й Гвардейской пехотной дивизии. Генерал-лейтенант. Командир 42-го армейского корпуса. – С. Ф.

[iii] Козлов Н. Заметки православного // Царь-Колокол. № 4. М. 1990. С. 40-41.

[iv] Вероятно, Лейб-медик Е. С. Боткин. – С. Ф.

[v] Михаил Васильевич (Владимирович) Иславин (14.5.1864 +8/21.8.1942) – последний Новгородский губернатор. – С. Ф.

[vi] Князь Николай Давидович Жевахов (24.12.1874 +1947) – товарищ обер-прокурора Св. Синода (15.9.1916). – С. Ф.

[vii] Десятинов Богородицкий монастырь, основанный матерью св. благоверного великого князя Александра Невского, княгиней Феодосией Мстиславовной еще в XIII веке, располагался в самом Новгороде на Софийской стороне у Псковской заставы. – С. Ф.

[viii] Воспоминания товарища обер-прокурора Св. Синода князя Н.Д. Жевахова. Т. 1. М. 1993. С. 187-188.

[ix] А.А. Вырубовой. – С. Ф.

[x] А.Д. Протопопова. – С. Ф.

[xi] Супруга Г.Е. Распутина. – С. Ф.

[xii] ГАРФ. Ф. 673. Оп. 1. Д. 7. Л. 96.

[xiii] Будущий патриарх Московский и всея Руси Алексий (Сергей Владимирович Симанский, 27.11.1877 +17.4.1970) – С. Ф.

[xiv] Новгородские епархиальные ведомости. 1916. № 52. 30 декабря. Часть неофициальная. С. 1613-1621. Со ссылкой на: Церковные ведомости. 1916. № 45. С. 1083.

[xv] Скорее всего речь идет об Иване Петровиче Колесникове (1897 +30.10.1983) – хорунжем лейб-гвардии 2-й Кубанской сотни Собственного его императорского величества конвоя, казаке станицы Константиновской Кубанского казачьего войска. – С. Ф.

[xvi] ГАРФ. Ф. 673. Оп. 1. Д. 8. Л. 1 а-2.

[xvii] Образ находился в храме св. благоверного вел. кн. Александра Невского лейб-гвардии 4-го стрелкового императорской фамилии полка (до 1910 г. – батальона). Церковь заложили в 1913 г. Закрыли в 1919 г. Здание сохранилось (Кадетский бульвар, 14). – С. Ф.

[xviii] Высокая и дивная прозорливица старица Мария Михайловна. Составил Лукиан Трофимов. Новгород. Тип. Н. И. Богдановского. 1916. 12 с. Дозволено военным цензором. Новгород. Октября 10 дня 1916. – С. Ф.

[xix] Блаженная Паша Дивеевская (схимонахиня Параскева, ок.1790-1800 +22.9.1915) – в мiру Ирина Ивановна, в Дивееве с 1884 г. – С. Ф.

[xx] Воспоминания товарища обер-прокурора Св. Синода князя Н.Д. Жевахова. Т. 1. М. 1993. С. 188.

[xxi] Танеева (Вырубова) А.А. Страницы моей жизни. М. 2000. С. 118.

[xxii] «Момент, когда нельзя допускать оплошностей». Письма великого князя Николая Михайловича вдовствующей Императрице Марии Федоровне // Источник. 1998. № 4. С. 18, 19.

[xxiii] Иславин М. В., бывш. Новгородский губернатор. Приезд в Новгород в 1916 г. Императрицы Александры Феодоровны // Рукописный отдел РНБ. Ф. 1000. Оп. 2. Д. 551. Л. 1-5. Цит. по: Фирсов С. Л. Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х-1918 гг.). Круглый стол по религиозному образованию и диаконии. М. 2002. С. 481.

[xxiv] Т. е. к чудотворной иконе Божией Матери «Знамение» в Новгороде. – С. Ф.

[xxv] Император и наследник цесаревич. – С. Ф.

[xxvi] Рус. перевод англ. изд. Н.Б. Лебедевой: Буксгевден С.К. Жизнь и трагедия Александры Феодоровны, Императрицы Всероссийской. Лондон 1928. В печати.

[xxvii] Танеева (Вырубова) А.А. Страницы моей жизни. С. 119.

[xxviii] В действительности иконы Божией Матери «Знамение» Новгородской. – С. Ф.

[xxix] На самом деле из Новгорода. – С. Ф.

[xxx] Ден Ю. Подлинная царица. Воспоминания близкой подруги Императрицы Александры Феодоровны. СПб. 1999. С. 108.

[xxxi] Великая княжна Ольга Николаевна имеет в виду себя и сестру – великую княжну Татьяну Николаевну. – С. Ф.

[xxxii] Имеется в виду министр внутренних дел А.Д. Протопопов. – С. Ф.

[xxxiii] Александр Карлович Ден (27.7.1908+1980) – сын Лили (Ю.А. Ден). Крестник Императрицы. Скончался в Венесуэле. Оставил неопубликованные воспоминания, которые начал записывать в Каракасе 19 февраля 1966 г. – С. Ф.

[xxxiv] Имеется в виду вел. кн. Димитрий Павлович. – С. Ф.

[xxxv] А.И. Жук – санитар, ухаживавший за А.А. Вырубовой после железнодорожной катастрофы.– С. Ф.

[xxxvi] Полковник «воздухобойной артиллерии». Императрица упоминает его в своем письме Государю от 6.9.1916 г. Зенитная батарея была размещена в Царском Селе в 1916 г. для отражения возможных налетов германской авиации. – С. Ф.

[xxxvii] Скорее всего, речь идет о Семене Юлиановиче Сидорчуке (1862—1925), инженере и архитекторе, по проекту которого в Царском Селе была воздвигнута Ратная палата. – С. Ф.

[xxxviii] Протоиерей Александр Петрович Васильев (1867 +5.9.1918) – духовник Царской семьи (с фев. 1914 г.). – С. Ф.

[xxxix] ГАРФ. Ф. 673. Оп. 1. Д. 8. Л. 5-7.

[xl] Воспоминания товарища обер-прокурора Св. Синода князя Н.Д. Жевахова. Т. 1. М. 1993. С. 253-256.

[xli] Новгородские епархиальные ведомости. 1917. № 1. Часть неофициальная. С. 29-30.

[xlii] Воспоминания товарища обер-прокурора Св. Синода князя Н.Д. Жевахова. Т. 1. М. 1993. С. 257.

[xliii] ГАРФ. Ф. 623. Оп. 1. Д. 28. Л. 147 .

[xliv] Государыня имеет в виду убийство Г.Е. Распутина в ночь с 16-го на 17-е декабря 1916 г. На гроб грудь убиенного Г.Е. Распутина царица положила икону Божией Матери «Знамение», которой ее благословил 11 декабря 1916 г. архиепископ Арсений (Стадницкий). На ней расписались государыня, великие княжны и А.А. Вырубова. – С. Ф.

[xlv] Российский архив. История Отечества в свидетельствах и документах XVIII-XX вв. Т. VIII. М. 1998. С. 407-408.

[xlvi] Козлов Н. Заметки православного // Царь-Колокол. № 4. М. 1990. С. 49.


Прикреплённый файл:

 Поездка в Новгород. Текст полностью, 343 Kb

Смотрите также в интернете:

www.pravaya.ru/faith/117/1008


Оставить свой отзыв о прочитанном


Предыдущие отзывы посетителей сайта:

20 сентября 16:00, Посетитель сайта:

НЕ удается загрузить прикрепленный файл

Господа! Не открывается прикрепленный файл и не загружается. Очень жаль! Если возможно, вышлите, пожалуйста, текст на мой мейл. С уважением, модератор форума "Монархия" и редактор Русского православного монархического сайта - р.Б. Анастасия.


15 октября 11:43, Редакция:

Посетителю сайта

Ошибка исправлена, файл скачивается. Простите за причиненное неудобство.


26 июля 14:07, Посетитель сайта:

Вопрос автору: имеете ли Вы другие страницы дневника Ольги Николаевны? Если да, то не могли ли Вы их опубликовать? Установлена ли личность того Касьянова, о котором пишет Великая Княжна?



Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2019