18 ноября 2019
Правление
Политология

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Наталья Андросенко
12 января 2007 г.
версия для печати

Либеральный консерватор на рынке политических идеологий

Последняя публичная лекция уходящего 2006 года в Высшей школе политики была посвящена, как принято, году грядущему. Это и неудивительно: 2 декабря 2007 года ожидаются парламентские выборы, в марте 2008 – президентские. Так или иначе, грядущий политический сезон 2007-2008 обещает быть интересным, поэтому заслуживает отдельного разговора

Л. ПоляковДля столь деликатной беседы пригласили человека, с одной стороны, академического склада, виртуозно владеющего необходимым научно-методологическим аппаратом, с другой стороны, обладающего снайперской точностью слова. Именно такой лектор сумел бы донести до публики, не слишком погруженной в дебри политической жизни, всю остроту и важность момента.

Лекцию читал заведующий кафедрой общей политологии ГУ-ВШЭ, доктор философских наук, профессор Леонид Владимирович Поляков. Тема «Рынок политических идеологий в выборном году» выглядела на первый взгляд странно: деидеалогизация современной политической жизни и рядового избирателя давно стала притчей во языцех. Казалось бы, неужели так важно говорить об идеалах и ценностях в циничный век политических технологий и административного ресурса?

Однако сколько бы мы ни говорили о конце идеологии, конце истории, или вообще конце всего вместе и сразу – разговоры разговорами, а человек по-прежнему остается животным «общественным» и «политическим». Находятся факторы и причины, побуждающие людей быть рядом друг с другом и вырабатывать общие ценности. Если и можно говорить о дефиците подобного мышления (самосознание вообще штука сложная и на заказ ее не изготовишь), то отсутствие рефлексии общественного самосознания ни в коем случае не означает отсутствие самого общества. Иными словами, проблема не в том, что у нас нет общества и общих ценностей, а в том, что общество не видит их наличия и не чувствует внутреннего единства. Только на ощущении общих ценностей можно, наконец, построить общие цели, без которых невозможно ни общественное развитие, ни вообще какое-либо становление. Именно из такого чувства единства и возникает сам способ преобразования общих ценностей в общие цели. Это и есть идеология.

По оценкам экспертов, даже самый лучший административный ресурс может принести своим обладателями не более 10% голосов. Именно идеи и ценности, преобразованные в политические лозунги и обещания счастья «для всех, даром» по-прежнему привлекают людей, побуждая их идти к избирательным урнам и ставить галочки напротив определенных номеров в списке. Некий рынок идеологий, пусть совсем слабенький, все же существует. Конечно, рынок этот специфический: его контролирует продавец, но кто, собственно, сказал, что на рынке должен непременно хозяйничать покупатель? В конце концов, суверенитет покупателя – это тоже, между нами говоря, идеология, хотя его и пытаются представить как некую природную данность. К тому же, суверенитет продавца во многом обусловлен собственной пассивностью потребителя, который не формулирует запрос, а ждет, что ему «выставят на на прилавок».

Однако при всей аморфности, реактивности и деполитизации рядового избирателя можно выделить определенную повестку дня избирательного года. Специалисты, изучающие из года в год общественное мнение – их у нас обычно называют «социологами», но в строгом смысле это неверно: точнее было бы использовать кальку с английского слова «поллеры» (от poll – опрос общественного мнения), – называют три основных тренда, которые будут востребованы в грядущем электоральном цикле и которые возьмут на вооружение политические партии при штурме парламента. Во-первых, это лозунг борьбы с бюрократией. Вторую стратегию можно обозначить как «соревнование популистов» – кто больше предложит электорату. Наконец, третья проблема, главный «джокер» и главная угроза – пресловутый русский вопрос. [1]

Вся эта «матрица идей» накладывается на то, что Поляков обозначил как «основные идеологические брэнды» – крупнейшие партии или группы партий со схожей идеологией, которые примут участие в парламентских выборах 2007 года.

Первая партия это, конечно же, «Единая Россия». При том что злопыхатели частенько называют ее «партией портретов президента», лектор обратил внимание на устойчивый рост голосов с начала 2000-х годов, которые единороссы получают на федеральных и региональных выборах (от 40 до 50%). Простым административным ресурсом этого не объяснишь. Видимо, партия чем-то все-таки привлекательна для избирателя. Очевидно, предполагает Поляков, партии удалось «зацепить» некую константу русского политического характера, которую он объясняет следующим образом. Еще в 2003 году группа Romir в исследовании «Русский характер» обратила внимание на то, что в рядовом русском избирателе причудливо сочетаются либерально-консервативные черты: установка на личную независимость вкупе с приоритетом традиционной государственности. И очевидно, что «Едина Россия», вооружившись этой идеологией, попадает точно в яблочко: партия предлагает продукт, соответствующий мейнстриму. В любом случае, говоря о рынке политических идеологий, необходимо учитывать этот либерально-консервативный тренд.

Далее следует вторая «партия власти» — «Справедливая Россия», возникшая из слиянии «Родины», «Партии пенсионеров» и «Российской партии жизни» с типичной идеологией социал-демократов. У них довольно высокий шанс прорваться, особенно учитывая благоприятный внешний контекст. В западноевропейских странах, откуда поступает основная доля доходов от нефтегазового экспорта, иметь социал-демократическую партию считается признаком хорошего тона и вообще выглядит респектабельно. В дальнейшем, предполагает лектор, может возникнуть конкуренция между двумя этими партиями как конкуренция правого и левого центров.

Занимающая коммунистическую нишу КПРФ находится в состоянии вынужденной стагнации. Ее главная проблема – слишком взрослый электорат, который не позволит партии обновиться или сменить политический имидж. КПРФ придется по-прежнему стоять на лозунге «Наша цель – коммунизм». Идеологическую нишу партии Поляков определяет как «первородный национал-большивизм», восходящий еще к Устрялову, именно в той его трактовке, что коммунизм – это испытание, посланное России, которое позволило ей избежать гибели и стать сильнее. В этой же нише устряловщины играют и так называемые «идеологические пираты», которые прикидываются национал-большевиками – прежде всего гламурные фашисты ЛДПР, а заодно и лимоновская братия.

Отдельно следует затронуть некогда доминировавшее либеральное поле, на котором в последние годы не умолкают разговоры про всякого рода «обновления», «объединения». Однако старолиберальные партий – прежде всего СПС и «Яблоко» – не ведут себя так, чтобы понравится избирателю. Например, манифест СПС «Вернуть России будущее» выдержан в столь снобистском тоне, словно заявляет избирателю – «А кто ты такой, чтобы покупать мой товар?». «Яблоко» же наоборот, впадает в другую крайность, пытаясь продать нечто, похожее на политическое завещание с подтекстом «нас отовсюду выгнали». Ясно, что оба эти подхода едва ли найдут широкий отклик в сердцах людей. Очевидно, будущее все-таки за некой новой партией, ориентированной на либерально-консервативный мейнстрим. Здесь среди наиболее вероятных претендентов была названа «Свободная Россия».

Л. ПоляковВ такой схеме инерционного сценария парламентские выборы вполне предсказуемы и управляемы. Куда больший интерес представляют президентские выборы, особенно если борьба пойдет во внепартийном русле, то есть кандидаты в президенты не будут выдвигаться от политических партий. Или же если к парламентским, и, следовательно, к президентским выборам элиты не смогут договориться между собой о едином преемнике, либо еще по каким-то причинам инерционный сценарий будет невозможен. Тогда стремительно возрастет роль внесистемныех оппозиционные сил, которые будут стараться заработать лишние политические очки, вооружившись одной из трех «временных идеологий» с повестки избирательного года. Это позволит им активно повлиять на общественное мнение и таким образом повысить свой статус политического игрока. В этом случае каждая «внесистемная» сила, вооруженная «временной идеологией», будет дублироваться системный-прокремлевской, играющей на том же поле.

Можно предположить, что за тему социальной справедливости будут бороться оппозиционная КПРФ и «Справедливая Россия», антибюрократический тренд поделят между собой «Другая» и «Свободная Россия».

Пока главная интрига сосредоточена на третьем пункте повестки дня – так называемом «русском вопросе».

«Русский вопрос» в качестве внесистемного игрока будет отыгрывать КРО, уже собравший под свои знамена самых широкий круг национал-неформалов. Главный вопрос заключается в том, кто будет противостоять на этом фронте в качестве системного игрока. ЛДПР, традиционно выполнявшая эту роль в амплуа шутовского громоотвода на этот раз просто «не вытянет». «Единая Россия» взять на себя эту роль не захотела и предпочитает действовать в более спокойном либерально-консервативном мейнстриме.

В то же время, русский национализм как проблема и как идеология колоссально вырос именно за прошеший год. Он не заменил основной тренд, как пытаются представить или предположить некоторые; он и не может им стать – среднестатистический избиратель по-прежнему верен своим политическим константам. Здесь находится та критическая точка системы, удар в которую может привести к краху. А своего «русского ответа» этой угрозе система пока не создала.


[1] В.Федоров, «Выборный год и приватный человек» — http://wciom.ru/novosti-analitika/v-centre-vnimanija/publikacija/single/3817.html.





Оставить свой отзыв о прочитанном


Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2019