Николай Миронов
5 апреля 2010 г.
статья на сайте

Курт Кобейн: Тайна, не ставшая явью

Курт Кобейн для правых однозначный антигерой, пример того, как не надо жить и как ни в коем случае не следует поступать. Сегодня, в годовщину его смерти, мы не ставим задачу совершить некий идеологический переворот в мировоззрении аудитории Правой.ru; мы понимаем, что такой переворот надо подготовить…

Рок-н-ролл как явление культурной и политической жизни не является классической темой для людей правого склада, тем более – для людей православных. А лидер американской группы «Нирвана» Курт Кобейн для правых и вовсе однозначный антигерой, пример того, как не надо жить и как ни в коем случае не следует поступать. Сегодня, в годовщину его смерти, мы не ставим задачу совершить некий идеологический переворот в мировоззрении аудитории Правой.ru; мы понимаем, что такой переворот надо подготовить…

Рок-н-ролл, по сути, явился ни чем иным, как консервативной революцией в мире Запада. Революция эта была стихийной. И она потерпела поражение.

Но эта революция была. Она случилась, она происходила и оставила свой несомненный след в мировой культуре и общественной жизни. Более того. Рок-н-ролл если и мёртв, то мёртв лишь как та сила, которая когда-то казалась способной радикально изменить мир. Во многих других аспектах рок-н-ролл существует и сегодня – вряд ли кто-то будет это оспаривать, независимо от индивидуального отношения к таковому феномену.

Однако… А можем ли мы, на самом деле, с абсолютной уверенностью утверждать, что рок-н-ролл однозначно не способен возродиться в качестве силы, способной преобразовывать мир, делая его в чём-то иным: более естественным, менее лживым; более свободным, менее манипулятивным; более народным, менее «элитарным»; более творческим, менее размеченным; более живым, менее цифровым?

Многие скажут: да, рок-н-ролл мёртв, мертвее мёртвого, тому масса свидетелей, и нет такой силы, которая может (и хочет) вернуть его к жизни. Другие просто пожмут плечами: о чём вы; неужели для нас не найдётся темы поважнее, повесомее, позлободневнее? А мы обратим внимание вот на что.

После неожиданной трагической гибели одного очень популярного и по сей день не забытого в России и русском мире рок-исполнителя, в молодёжной среде родилось странное заклинание: «Цой жив!» Оно никуда не делось и даже перекочевало в один из весело бурлящих жаргонов-новоязов, где выглядит чуть иначе, иронично-издевательски: «Тсой жыф». Но – живёт и звучит.

Через несколько лет, после не столь уж неожиданной, а напротив – многими ожидаемой – гибели Курта Кобейна, родилось такое же заклинание: «Курт жив!» И, точно так же, звучит по сей день. Именно с этим именем связан последний, краткий и непостижимый всплеск рок-н-ролла как такового, – уже давно к тому моменту прирученного, ангажированного, купленного, осёдланного и объезженного, приватизированного, капитализированного, разлинованного, вобранного, всосанного в себя Системой. Причём всплеск этот оказался настолько мощным, неконтролируемым и непредсказуемым, что впору было вспоминать великую рок-волну 50-60-х и убывающие, но не менее запоминающиеся волны последующих декад.

К этому новому проявлению неведомой стихии, в первую очередь, оказался не готов сам Курт. Он никогда не видел себя на каком-либо великом поприще, не готовил себя ни к чему подобному, и в обыденной-то жизни с самого детства ощущая себя совершенно чужим, чуждым всему и всем, слабым и нездоровым существом. Но, похоже, ничуть не менее не готовой к таковому повороту событий оказалась сама Система, привыкшая чувствовать себя всесильной и всевластной, а бывший когда-то самостоятельным и непредсказуемым во всех проявлениях мiр – полностью себе подчинённым…

Курт Кобейн погиб 5-го апреля 1994-го года. Официальная версия – самоубийство. Но обстоятельства этой смерти таковы, что данная версия, как бы ни была она обоснована и как бы ни была подготовлена к ней публика, даже самая сочувствующая, – данная версия не выдерживает никакой критики. Как и все прочие версии. Никто так и не знает, что это было. На самом деле, и жизнь, и смерть, и историческая роль Курта Кобейна – это одна большая тайна, одна из самых интригующих тайн прошлого века, перекочевавшая в век нынешний. Хранители незыблемости современного мира прилагают все усилия к тому, чтобы все вопросы, касающиеся этой фигуры, были отданы на откуп и отмыв девочкам-эмо, мальчикам с несформировавшейся психикой и половой ориентацией, дядечкам с затянувшейся вечной молодостью…

Мы же не собираемся здесь и сейчас отвечать на эти вопросы, делать выводы, что-то заявлять и к чему-то призывать. Сегодня, в дни Светлой седмицы, мы просто хотим вспомнить Курта, этого удивительно талантливого, безусловно неординарного и ординарно несчастного человека. Вспомнить, помянуть. А тем, кто заинтересовался (или, может быть, никогда и не терял интереса) – пообещать, что мы обязательно продолжим эту тему.