"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Александр Елисеев
2 июня 2010 г.
версия для печати

Магия Капитала. Часть III

Жрецы накопления умеют работать с разными уровнями реальностями. Они достигли воистину фантастических успехов, вот почему их деятельность может и должна быть рассмотрена в оптике фантастической литературы. Впрочем, граница между фантастикой и реальностью всегда была призрачной донельзя

Часть I

Часть II

Забывчивая Мышь

Магия Капитала, однако, не исчерпывается работой с темными «водами» небытия. Дело в том, что есть еще и «воды» верхние. Это разделение возникло на второй день творения: «И сказал Бог: да будет твердь посреди воды, и да отделит она воду от воды. И стало так. И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И стало так. И назвал Бог твердь небом». (Быт. 1, 6-8).

Высшие воды, находящиеся над небом, в разных традициях называются по-разному. Этот регион тварного бытия именуется «Астралом», «Мировой душой», «Психеей», «Навью», «Аидом», «Хелем» и т. д. В принципе, это тот же самый изначальный хаос, но только оформленный до уровня «чистого движения», не имеющего центра. Данный регион действительно представляет собой что-то вроде «души мира», это — надкосмическая, но тварная — витальная силу. У каждого человека и даже животного есть своя душа — «психея», которая сообщает ему разные желания и которая находится ниже разумно-волевого духа.

С душой (мировой, коллективной и личной) могут осуществляться разные магические операции. Одна из таких операций направлена на то, чтобы потреблять жизненную («психическую») энергию человека – причем, в промышленных масштабах. Собственно говоря, на этом потреблении и основан вампиризм – мощная контр-инициатическая практика, которую успели превратить в некую зловещую сказку. Между тем, вампиризм – это страшная быль, которая намного ужаснее любых сказок.

Кровь здесь выступает как некий символ. В разных традициях содержится информация о том, что в крови человека содержатся какие-то уровни души. Так, в Ветхом Завете сказано : «… Душа всякого тела есть кровь его, она душа его, поэтому я сказал сынам Израилевым: не ешьте крови ни из какого тела, потому, что душа всякого тела есть кровь его» (Лев. 17, 14). Вот почему потребление, часто практиковавшееся в древности (и практикуемое ныне — во время магических обрядов) символизирует потребление душевной энергии, которая вполне по-капиталистически отчуждается от человека. Не случаен же образ «капиталиста-вампира». ( «Метафизика вампиризма» )

Конспирологи написали про вампиризм много чего познавательного, однако, по нашему мнению, наиболее ценной является «информация», данная в романе Виктора Пелевина «Ампир В». Художественная литература, как и кинематограф, часто содержат прозрения, до которых сложно дойти самым продвинутым интеллектуалам. И с романом Пелевина – как раз такой случай. Здесь вампиризм показан как базис капитализма, а сами вампиры – как истинные хозяева современного мира. Сами они (в романе) утверждают о том, что их владычество было изначальным, и даже люди созданы именно вампирами. Однако, внимательный читатель легко найдет логические несостыковки в этой «апологии». Они содержатся уже в самой вампирской «теогонии». У Пелевина вампиры поклоняются великой богине – «Иштар», которую еще именуют «Великой Мышью». Это существо было сослано на землю (и, вообще, в наш плотно-вещественный мир) — из каких-то высших сфер. Из каких – вампиры не знают, что уже опровергает их же миф о собственном всесилии. Собственно, не знает этого и сама Великая Мышь. Вампир Озирис сообщает, что она «думала, будто сама создала этот мир, просто забыла, когда и как. Затем у нее появились в этом сомнения, и она создала нас, вампиров. Сначала у нас были тела – мы выглядели как огромные летучие мыши… А потом, когда с климатом стали происходить катастрофические перемены, мы эволюционировали в языки, которые стали вселяться в живых существ, лучше приспособленных к новым условиям… Вампиры с самого начала были избранными существами, которые помогали Великой Мыши. Нечто вроде ее проекций. Они должны были найти смысл творения и объяснить Великой Мыши, зачем она создала мир. Но этого им не удалось… Тогда вампиры решили хотя бы комфортабельно устроиться в этом мире и вывели людей…»

Налицо смесь абсолютной гордыни и конечного бессилия, которая столь характерна для сатаны и других павших ангелов. Некогда сатана был предводительством всего ангельского воинства и вождем всех тварных миров. Однако затем он попытался встать на место Бога (космогоническая иллюзия Мыши) и был извержен с небес Духа (ссылка Мыши). Даже изверженный, сатана все равно пытается корчить из себя Творца, но ему дается только исказить творение. Так, у Пелевина вампиры вроде бы и не люди, но все равно продолжают оставаться людьми, обладающими человеческими – логикой, эмоциями и т. д. Другое дело, что в них живут некие языки – отдельные существа. И тут сходство с христианской «демонологией» также очевидно, перед нами «бесноватые». По сути, вампиры – это «эвлия эш-шайтан» («святые сатаны»), максимально исчерпавшие свою человечность, но так и оставшиеся людьми – с предельно тревожной посмертной перспективой.

Показательно, что сатана у Пелевина показан как «женское божество». Это вполне логично, павшие ангелы являются своего рода потусторонними гермафродитами. Ангелы, конечно, не имеют пола, но их изображают только и исключительно как мужчин – таков символизм. И с поправкой на него можно назвать регион разумно-волевого Духа — мужским регионом. В то же самое время абсолютно-импульсивная «мировая душа» является регионом женским. Именно туда, как существа внетелесные, и попали Люцифер вместе со своими сообщниками. И там они смешали свою духовно-мужскую природу с душевно-женской. Вот почему Люцифера можно представить себе как мужским, так и женским существом. (Что нагляднее всего демонстрирует двуполое чучело Бафомета, выставленное в масонском музее Чарльстона).

Сами вампиры, несмотря на всю свою брутальность, показаны у Пелевина как феминократы. В каждый стране есть своя Иштар, являющая эманацией верховной личности, которой кровососы и подчиняются. Впрочем, с иерархией у агентов инферно дела обстоят неважно, поэтому исчерпавшую свой лимит «местную Иштар» просто уничтожают.

У истоков капитализма

Вампиры управляют людьми при помощи халдеев – особого сообщества, возникшего в эпоху Нововавилонского царства. (1) Это была грандиозная коммерческая империя, и реальная власть в ней принадлежала торгово-финансовой олигархии. Она правила в почти суверенных городах, главным из которых был собственно Вавилон – миллионный мегаполис. В то же самое время власть царей являлась почти номинальной, распространяясь на армию и завоеванную территорию. «Особенность социальной структуры Вавилона заключалась в том, что правившая в нём финансовая олигархия была неразрывно связана со жречеством, - замечает Максим Журкин. - Храмы были ни чем иным, как крупными фирмами и банками, проворачивавшими масштабные сделки, дававшие деньги под проценты, владевшими крупной недвижимостью: землями, ремесленными мастерскими, торговыми лавками. По сути, жреческие корпорации Вавилона были одновременно и финансовыми». ( «Цивилизация золота»)

Сами халдеи были семитским народом, князья которого постоянно пытались захватить власть в древнем Вавилоне. Наконец, им это удалось, в результате чего и возникло Нововавилонское царство. В дальнейшем халдеями стали называть магов, объединенных неким всесильным учением. Так, у Аммиана Марцеллина можно прочитать о том, что Зороастр был учеником халдеев. Эта жреческая корпорация имела успех в древней Европе – в частности, в Риме, где к ним внимательно прислушивались такие великие правители, как Цезарь, Сулла, Тиверий и др. Существует весьма оригинальная гипотеза, согласно которой с халдеями связано возникновение многих знатных родов Евразии: «Сама же хазарская аристократия, по мнению Дэвида Айка, как мы уже указывали, происходит от магов Вавилона — это бывшие халдеи (khld), этимологически родственные кельтам ( klt ) c их культами, основанными на человеческих жертвоприношениях, - пишет Владимир Карпец. — Эта же «черная аристократия» — «черная» не столько в современном моральном, сколько в средневековом герметическом смысле — имевшая в Европе свои центры в Венеции и Амстердаме, породила в XI и XII веках целый ряд знатных и королевских семейств, в частности, Сен-Клеров (Синклеров), Медичи, Заксен — предков таких династий, как Кобургская, Оранская, Глюксбургская (Датская) и Ганноверская. Нынешние банкирские семейства, такие, как Дюпоны, Рокфеллеры, те же Ротшильды, Варбурги, Аньелли и многие другие — как считающиеся еврейскими, так и не считающиеся — происходят из того же гнезда. К «Вавилонскому братству», как называет его Дэвид Айк (лучше говорить о «Вавилонском круге») относились и Финикийцы». ( «Четвертое измерение русского Кавказа»). Добавим, что кельтизм сыграл огромную роль в формировании масонства. Ритуалы друидов (лежание в гробнице и т. д.) стали неотъемлемой частью масонских ритуалов. А в XVIII в. венты друидистов создавались одновременно, и при тесном взаимодействии, с масонскими ложами.

Итак, все совершенно очевидно – древнейший капитализм явился порождением древнейшего жречества. В начале были маги-жрецы, которые желали получить прибыль, воздействуя на потусторонние миры. (2)

Страдания – в мошну

Тут нужно вспомнить о существовании еще одной коммерческой псевдоимперии – Ассирии. Выросло это образование из города-государства Ашшур, где издревле правили олигархи («великие»), вовсю манипулирующие (как это, собственно, всегда и происходит) народным собранием. Данное торговое образование было весьма мощным и распространяло свое влияние далеко за пределы собственно города. Наряду с торговой элитой в городе всегда существовала «военная партия», предлагающая силовой вариант экспансии Ашшура. В конечном итоге, милитаристы победили, что завершилось некоторым разделением самой Ассирии. Ашшур остался под контролем торговцев, тогда как воинственные цари правили в новом городе – Ниневии.

М. Журкин пишет : «… Характер завоеваний ассирийцев, равно как и их империя, были весьма специфичны. Во-первых, войны их носили крайне жестокий характер. Ассирийцы не просто завоёвывали соседние страны, — они разоряли их, уничтожали города, истребляя всё, что способно сопротивляться. Их нашествия оставляли после себя пустыню, а цари Ассирии хвалились в своих победных надписях и дворцовых рельефах тем, сколько тысяч людей они истребили. И не просто убили, а замучили — посадили на кол, сожгли и т д., сколько глаз выкололи, рук и ног отрезали. Как таковых, покорённых областей они к своему государству изначально не присоединяли, не сажали своих наместников, не облагали налогами. Либо полностью их разоряли, либо страхом нашествия заставляли более мелких владык приносить богатые дары и дань. Подобная поверхностная и жестокая экспансия Ассирии выдаёт, то обстоятельство, что это государство не было классической империей создаваемой кастой воинов — военно-бюрократической системой. Это первая известная в мире колониальная империя, создаваемая кастой собственников — торговцев. Особенность её в том, что покорённые области и их правящий класс не присоединялись к метрополии, как равные провинции, а служили всего лишь объектом финансовой эксплуатации. В данном случае безудержного грабежа и вымогательства. Завоевания здесь становятся всего лишь коммерческим предприятием».

Жестокость ассирийцев, вне всякого сомнения, носила магический характер. Массовые, изощренные убийства были призваны не только покорить и запугать народы. В древности каждое действо имело некую «трансцендентную» мотивацию, которая, впрочем, ничуть не противоречила прагматизму и т. д. И можно предположить, что древнеассирийский террор ставил своей главной целью пробуждение психического, душевного хаоса. Страдания и страх генерировали психическую энергию в огромных масштабах. А элиты Ассирии ее потребляли, выступая как «коллективный вампир».

Таким образом, наряду с вещественной, материальной добычей, захватчики питались еще и добычей тонкой, душевной, причем одно обуславливало другое – в точном соответствии с законами магии. Главным было потребление «психической», вирильной, жизненной силы. В то же самое время обладание материальным богатством символизировало готовность стяжать и богатства надматериальные, находящиеся в регионе Души.

Это – чистейшей воды контр-инициация, пародия на традиционное стяжание духовных богатств. Человек Традиции рассматривал богатство как нечто, подлежащее трате. Отсюда – пышные праздники, во время которых имущие люди тратили значительную часть своих богатств на неимущих. Накопление считалось ими чем-то, несомненно, важным, но второстепенным, будничным. А вот растрачивание (совершенно безвозмездное) накопленного происходило в особые, праздничные дни, когда сакральное максимально сливалось с мирским. (3) Взамен растраченного вещества человек Традиции получал нечто, намного превышающее все его траты. На него изливалась особая благодать, понимаемая как совокупность нетварных, Божественных энергий. В сущности, здесь нельзя говорить о каком-либо обмене, ибо благодать нельзя соизмерить с любыми материальными и, вообще, тварными ценностями.

Напротив, капитализм предполагает перманентное накопление материальных богатств, которое как бы обменивается на богатства душевные, психические. Суть этого обмена заключается в следующем – капиталист отчуждает ценности от людей, замыкая их на себе. Тем самым он как бы изымает богатство из нашего, плотно-вещественного мира. Но это значит, что они посвящаются какому-то иному миру, передаются во владение неким его субъектам. Этим миром является тонкий мир психических энергий, а сущностями – попавшие (павшие) туда ангелы. Взамен отданных им богатств они помогают магам капитала присваивать психическую, жизненную энергию народов. И вот тут уже вполне можно соизмерять два вида ценностей, ведь они принадлежат одному и тому же — тварному. При этом контрагенты считают, что они обманули (обмен идет рука об руку с обманом) друг друга. Маги плотного мира радуются тому, что получают нечто «тонкое» благо, превышающее материальное. В то же время их «высокие» покровители отлично знают, что очень скоро они получат души самих магов.

Апогей несвободы, или бег за иллюзией

Ассирийские милитаристы питались энергией погубленных ими людей. Современные их последователи потребляют намного более уточенные яства и пития. Энергия страдания весьма сильна, но она разбавлена ясным осознанием происходящего. Человек страдающий отлично понимает, что он страдает. Война и работа – всё это одна сплошная страда, которая стала неизбежной в результате грехопадения. В Раю Адам занимался исключительно творчеством, и его труд был свободен от всякого принуждения. Но после страшной метафизической катастрофы Адаму было дано задание возделывать землю в поте лица своего. К труду теперь прибавилась работа, под которой следует понимать не только пото-, но и кровопролитие. Творчество, конечно, не исчезло, и сам труд может быть более или менее творческим. Но работа, страда никуда не исчезнет в этом мире, она прекратит свое действие лишь после Конца.

В традиционном обществе люди это отлично понимали, рассматривая страдание как нечто очевидное и неизбежное. Они могли быть объектами самого грубого насилия, направленного на получение выгоды; их могли заставлять трудиться почти даром; их могли грабить и убивать в ходе захватнических войн. Но везде и всегда человек понимал свое реальное положение в этом мире, что делало его до некоторой степени свободным. Хотя бы уже потому, что само понимание собственного рабства (ср. со словом «работа») делало возможным осуществлять некие осмысленные и целенаправленные усилия по освобождению.

Это обстоятельство неизменно «обламывало кайф» магам капитала – вместе с эмоциями страдания они потребляли еще и осознание несвободы. То есть, к чистой душевности прибавлялся еще и некий «логос», портящий напиток.

Выход был найдено в эпоху Нового времени, когда маги капитала сделали упор на т. н. «экономическом принуждении» (К. Маркс). Человека убедили в том, что он работает по собственной инициативе и выступает как совершенно свободный субъект. Для этого понадобилось «смягчить» систему эксплуатации, переведя ее на более тонкий уровень. И вот уже вместо энергии страдания к вампирам капитала потекла чистая жизненная сила. При этом человеку стало комфортнее на материальном уровне, но за этот комфорт он вынужден платить страшную цену. Человек деградирует как личность, что выражается. В частности, в лавинообразном росте психических заболеваний, столь характерном для «развитых» стран.

Этот процесс как раз и описан в романе Пелевина. Его вампиры потребляют жизненную силу человека, который вырабатывает агрегат «эм-пять». «Это особый род психической энергии, которую человек потребляет в процессе борьбы за остальные агрегаты, — учит своего молодого коллегу Раму вампир Энлиль Маратович. – Агрегат «эм-пять» существует на самом деле. Все остальные состояния денег – просто объективация этой энергии».

Человека вынуждают вырабатывать «эм-пять», но он воспринимает это как собственное делание, как абсолютно свободный и осознанные процесс достижение того могущества, которое дают деньги. «Человек занят решением вопроса о деньгах постоянно. Просто этот процесс принимает много разных форм. Может показаться, что человек лежит на пляже и ничего не делает. А на самом деле он прикидывает, сколько стоит яхта на горизонте и что надо сделать в жизни для того, чтобы купить такую же… В центре всех подобных психических вихрей присутствует цен тральная абстракция – идея денег. И каждый раз, когда эти вихри возникают в сознании человека, происходит доение денежной сиськи. Искусство потребления, любимые брэнды, стилистические решения – это видимость. А скрыто за ней одно – человек съел шницель по-венски и перерабатывает его в агрегат «эм-пять». При этом человек думает, что он побеждает и подчиняет окружающую его реальность: «… Во внутреннем диалоге современного городского жителя всегда в той или иной форме повторяются два паттерна. Первый такой: человек думает – я добьюсь! Я достигну! Я всем докажу! Я глотку перегрызу! Выколочу все деньги из этого сраного мира!... А еще бывает так: человек думает – я добился! Я достиг! Я всем доказал! Я глотку перегрыз!... Все остальные процессы в сознании быстро гасятся. На это работает весь гламур и весь дискурс».(4)

«Эм-пять», однако, не так ценен, как его конденсат – «эм-шесть», именуемый еще и баблосом. «Баблос» — это очень древнее слово, — поучает Раму «местная богиня» Иштар Борисовна. - Может быть, самое древнее, которое дошло до наших дней. Оно одного корня со словом «Вавилон». И происходит от аккадского слово «бабилу» — «врата бога». Баблос – это священный напиток, который делает вампиров богами… Иногда баблос называют красной жидкостью. А Энлиль выражается по-научному – «агрегат эм-шесть», или окончательное состояние денег. Конденсат жизненной силы человека… Баблос сосут. Его мало… Что такое деньги? Это символическая кровь мира. На ней все держится и у людей, и у нас… Человек рождается на свет для того, чтобы вырабатывать баблос из гламурного концентрата. В разные века это называется по-разному, но формула человеческой судьбы не меняется много тысяч лет. В человеке пять литров красной жидкости. А баблоса из него за всю жизнь получить не больше грамма… И это белый протестант в Америке дает грамм. А наши русачки – куда меньше…» Здесь, как очевидно, круг замыкается. Для вампира потребление крови не есть главное – это символ. Но все равно — вампиризм, он же капитализм, есть самое настоящее кровопийство.

Тем не менее, вампиризм, из прямого насилия (которое так любят изображать в современном кинематографе) превратился в сумму очень тонких технологий, заставляющих человека отдавать свою жизненную силу совершенно добровольно – и даже с энтузиазмом. При этом сам человек абсолютно уверен в том, что он свободен и сокрушает разнообразные преграды на пути к могуществу. На самом же деле, он преследует фантомов: «… Формула человеческой судьбы не меняется много тысяч лет… «Иллюзия-деньги-иллюзия». .. Люди постоянно гонятся за видениями, которые возникают у них в голове. Но по какой-то причине они гонятся за ними не внутри головы, где эти видения возникают, а по реальному физическому миру, на который эти видения накладываются. А потом, когда видения рассеиваются, человек останавливается и говорит – ой, мама, а что это было?»

Здесь очень важный момент. Погоня за иллюзиями сегодня приобретает свою законченную форму. Речь идет о т. н. «виртуальной реальности», которая уже завтра может стать пристанищем для миллионов, жаждущих реализовать свои нереализованные фантазии. В православной антропологии есть термин «яростно-желательное начало» — его используют для характеристики души, понимаемой как нечто, находящееся ниже духа, разума. Получается, «чистое желание» — это стремление сделать реальным любой фантом. «Чистая ярость» — это стремление разрушить любую объективность, и даже трансцендентность, этому мешающие.

Промежуточный, тонкий мир Нави — это «чистое желание» и «чистая ярость», это сплошное Движение — без Центра. У каждого человека есть своя душа, собственная «навь» — это нормально. Но когда она становится на первый план, то случается большая онтологическая беда. А сегодня нам, вообще, предлагают создать Навь на Земле – в виде некоего глобального киберпространства, свободного от любых ограничений. Находящиеся в нем люди устроят такую гонку за иллюзиями, что станут производить намного больше баблоса, несказанно радуя вампиров.

Капитализм держится на Иллюзии – свободы, предпринимательства, творчества и т. д. Он магически фальсифицирует реальность, искажает само бытие. Единственный способ одолеть этот планетарный морок – начать думать по-настоящему, отбрасывая все доктрины, созданные в эпоху вампирского Модерна. Коммунизм, либерализм, консерватизм, фашизм – все это не более, чем «дискурс», окрашенный в цвета «гламура».

1) Необходимо вспомнить о том, что Вавилоном изначально прозывался город в долине Сенаар. Его, вместе с гигантской Башней, строило человечество в послепотопный период. Как известно, строители пытались достичь неба. Если же вспомнить, что небо твердь, отделяющая верхние воды от нижних, то можно предположить о наличии у них замыслов магического достижения нижнего и верхнего хаоса.

2) Любопытно, что славяне-язычники просили о материальном благополучии своих умерших предков. Древние индоевропейцы считали мир мертвых источником богатства. А мир мертвых часто помещали в регионе Души – Нави, Аиде и т. д. Его представляли в виде пастбища, где пасутся души умерших. Причем, что любопытно в индоевропейских языках отчетливо заметна связь торговли и скотоводства. Так, лат. pecu («стадо, скот») тесно связано с лат. рecunia («состояние, деньги»), и более того, восходит к реконструированному праиндоевропейскому *peky, которое означало как первое, так и второе. Слова «капитал» произошло от латинского слова «caput» (голова крупнорогатого скота), его и переводят как «скот». В германских языках наблюдается то же самое: древне-северное fe переводится как «скот, имущество, деньги», древнеанглийское feoh как «стадо, движимость, деньги».

3) Типичный пример такой сакральной траты дает Святой Владимир Креститель: «И дал Владимир обет поставить церковь в Василеве во имя святого Преображения, ибо в день, когда случилась сеча, было Преображение Господне. Избегнув опасности, Владимир построил церковь и устроил великий праздник, наварив меду 300 провар. И созвал бояр своих, посадников и старейшин из всех городов, и много всяких людей, и раздал бедным 300 гривен. И праздновал князь восемь дней, и возвратился в Киев в день Успения святой Богородицы, и здесь снова устроил великое празднование, созывая бесчисленное множество народа. Видя же, что люди его христиане, радовался душой и телом. И так делал постоянно».

4) Таким образом, выходит показательная симметрия. Капитал есть проявление темного недобытия, низшего хаоса, а деньги – эманация хаоса «высшего» («особый род психической энергии»). В общем же, речь идет об одной и той же реальности, отличной от нашего плотно-вещественного мира, но эффективно присутствующей в нем. Сама по себе эта реальность ни «плоха», ни «хороша», «плохое» начинается тогда, когда определенные – здешние и нездешние – силы пытаются усилить ее воздействие на нас. А эти попытки предпринимаются с самого начала. При этом надо иметь в виду, что деньги традиционного общества являются, скорее, ограничителями денег как таковых. Выше уже было сказано о том, что древняя монета – это некий оберег.


Прикреплённый файл:

 kapital.jpg, 14 Kb



Оставить свой отзыв о прочитанном


Предыдущие отзывы посетителей сайта:

5 июня 01:09, Andrej:

Интересно... У Даниила Андреева упомяналось нечто подобное, там демоны питались энергией страданий( гаввах) и похоти.

Стало быть, оыскали новые пути. Ловко подменили псевдосвободой свободу настоящуюю, а борьбу за обладание деньгами подали как смысл бытия.

Что говорится - не собирайте сокровищ на земле, вот и не собирают, а действительно сотрудничают с демонами в плане манипуляции остальными.

стало быть, некоторые таланты в этих направлениях - капитал, сексиндустрия, политика отшлифовываются с помощью копытных...


6 июня 10:18, Georg:

автору

"Ангелы, конечно, не имеют пола, но их изображают только и исключительно как мужчин...". Ангелы Серафим и,если не ошибаюсь, Херувим (хотя в последнем случае не уверен)согласно церковному преданию имеют женское начало. Но сути статьи это, конечно, не меняет.


6 июня 23:18, из Германии:

Спасибо философу Александру Елисееву за его подвижнический труд "Магия Капитала"!

Блестяще доступно изложены и вскрыты сложнейшие нити поведенческого мира падшего!

Парадоксально! После такой статьи - жить хочется!!!

Хранит Вас, господин Елисеев, Господь на многие годы!

Поклон и вам, вдумчивым читателям статьи, Андрею (от 5 июня 01:09) и Георгию (от 6 июня 10:18) за ваши комментарии!



Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2016