27 мая 2018
Правый взгляд

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Вячеслав Бакланов
17 декабря 2012 г.
версия для печати

Кремль и РПЦ: границы солидарности

Обилие людей в храмах еще не свидетельствует о достижении социальной гармонии в российском обществе, не живущем по христианским заповедям. В этом оправославленная Россия не выдерживает сравнения с атеистическим Советским Союзом. И это звучит как приговор стране, где так активно внедряется религиозная мораль и нравственность.

В современной России интеллигенция, которая всегда задавала тон в формировании жизневоспроизводящих смыслов и духовной традиции, окончательно в идейном смысле маргинализировалась уступив свою роль бюрократии и Церкви. В целом, это закономерный итог российской регрессивной модернизации последних 20 лет, которая на практике воспроизводит, казалось бы, давно ушедшие архаичные и домодерновые общественные отношения.

На фоне потребительского конформизма населения, помноженного на нравственный релятивизм и откровенную политическую демагогию в официальных СМИ, создающих очередную видимость (как в случае с «потешной» медведевской модернизацией) реформ, начинается новый отсчет российского политического цикла.

Нельзя не заметить того что в условиях привычной для России имитационной демократии и казенного патриотизма новорусских бояр, придворных журналистов и «правильных» бизнесменов, уже не модным является неприкрытый цинизм в духе высказывания в 2008 году бизнесмена Сергея Полонского: «У кого нет миллиарда, могут идти в ж…» После экономического кризиса и протестных выступлений оппозиции 2011-2012 гг., настроения в общественных массах изменились. Но изменения оказались не столь радикальными, чтобы полностью сменить инерционную культурную традицию 00-х годов. Наблюдается ее новая мимикрия, но уже в альянсе (тандеме) с церковно-православной культурой получившей одобрение у властей.

Осознав, что ни власть, ни интеллигенция не могут «вымучить» национальную идею для страны по-прежнему пребывающей без цели в переходном состоянии, Кремль, вступив в идеологический альянс с московской Патриархией, и стал негласно подменять пребывающую в состоянии анабиоза светскую систему мировоззренческих ценностей религиозными. При этом о полной замене светской культуры на религиозную речь не стоит, государство приглашает Церковь заполнить лишь те ниши и области, в которых оно само не справляется. Задача заключалась в том, чтобы через религиозную аскезу и жертвенное служение попытаться остановить общее разложение в обществе, развращенном безудержным потреблением и тем самым укрепить вертикаль власти в случае негативного сценария, связанного например, с падением цен на нефть и последующим социальным взрывом. Уровень бытовой нравственности и морали является столь низким в стране, а преступность и коррупция столь высокими, что на помощь себе государство зовет Церковь, вовлекая ее в решение злободневных социальных проблем. Мусульманское духовенство традиционного толка, также получает карт-бланш от Кремля в укреплении религиозно-идеологической и нормативно-бытовой власти над миллионами российских мусульман. Тотальной исламизации подвергаются целые регионы, например Северный Кавказ. А его лидеры, например Рамзан Кадыров (в Чечне) и не скрывают что в проведении государственной политики, главным для него является следование нормам и ценностями ислама и только потом светскому общефедеральному законодательству.

Сложившийся государственно-церковный тандем скрепляется негласным политическим союзом двух харизматичных лидеров: президента Путина и патриарха Кирилла (Гундяева), напоминающего церковного реформатора Никона. Обе фигуры по своим политическим амбициям вполне достойны друг друга. Кирилл, как и Путин, на постсоветском пространстве, пытается не только не допустить церковного раскола на «канонической территории» РПЦ (Россия, Украина, Белоруссия, Молдавия), но и расширить территорию православного «русского мира» за счет включения в него территорий и приходов русского зарубежья. Большой удачей в этом вопросе явилось объединение (в котором огромную роль сыграли митрополит Смоленский Кирилл и президент Путин) двух церквей: русской православной (Московская патриархия) и русской Зарубежной Церквей. По словам Дмитрия Тренина, Кирилл не только покончил с «пассивной обороной» РПЦ в русскоязычном пространстве, но и фактически объявил себя духовным вождем «Святой Руси».

Следует отметить что, в нынешнем союзе Кремля и православной Церкви нуждаются обе стороны. Власть через Церковь пытается получить явно недостающую для нее легитимность и поддержку общества; Церковь, получая от государства материальную и политическую поддержку, способна вытеснять противостоящие ей религиозные конфессии, культы, захватывать и «окормлять» те пространства и институты (например, школу), которые ранее не входили в сферу деятельности православной Церкви. Как пишет А. Ашкеров, «Церковь действует заодно с Государством, а государственная знать сливается с церковной, вплоть до полной неразличимости. Церковь превращается в партию, в партию большинства наших сограждан».

Большое значение придает этому союзу и Кремль, который видит в нем возможность не только остановить продолжающуюся нравственную деградацию российского общества, но и способно путем оцерковления насквозь коррумпированной элиты морально оздоровить последнюю, вдохнув в нее оживляющее православно-религиозное начало. Пример такому «оцерковлению» подают и сами российские лидеры: Путин и Медведев стараются присутствовать на церковных богослужениях. В то же время священнослужители все более активно вовлекаются не только в культурную и социальную жизнь, но и в политическую сферу, всячески одобряя и поддерживая правящий политический режим.

Фактически это означает, что в медийное пространство возвращается давно забытая уваровская формула «Православие-Самодержавие-Народность», сдобренная развитой культурой потребления — как в верхах, так и в массах общества. Консьюмеризм впрочем, не только не исчезает, а как бы примиряется с церковно-религиозной этикой и таким образом негласно ей узаконивается.

Основная консервативная масса населения в институте церкви и институте президентства (самодержавия) видит свою неразрывную связь с традицией тысячелетней России на фоне тотального недоверия населения к государству вообще и утрате веры в социальную справедливость. В то же время, как показывают социологические опросы, доверием российского большинства пользуется именно Церковь и президент («царь») Путин.

При всем, казалось бы, историческом обскурантизме этой идеологемы (Православие-Самодержавие-Народность), она в то же время отвечает некой особости России в современном мире, не сводимой ни к Западу, ни к Востоку. Но такая «особость» России лишь консервирует ее в целом тупиковый путь развития. Что объясняет в том числе и периферийный характер российского капитализма с нефтегазовой рентой, а также препятствует настоящей демократизации страны в которой именно общество, а не государство должно стать главным субъектом и творцом русской истории. Архаичная для XXI века, симфония властей (государственной и церковной) лишь закрепляет подданнический тип культуры в российском обществе и препятствует его консолидации на основе светского гражданского активизма и солидарности.

Символично, что сегодня в продаже очень много «оцерковленно-публицистической» литературы, в которой авторы представляют себя «православными писателями», «православными историками», что по определению должно предполагать некий «высший» символ качества написанных ими работ. Однако на поверку выходит, что написанное такими «православными» авторами лишь массово воспроизводит знакомые еще читателю XIX века фобии на тему жидо-масонского «заговора» против православной России, ее «национального лидера» — Путина и по поводу непрекращающейся холодной войны Запада против России. Подобные авторы с жаром сообщают читателям, запугивая их «фактами» «предательства» и «вредительства» «врагов» России — навальных, удальцовых, немцовых и т.д. И тем самым вносят свой вклад в ширящийся раскол в обществе, разделяя его на «наших» и «не наших».

Показательны и изменения в официальной позиции Православной Церкви по поводу модернизации в стране. Если раньше, во времена президентства Медведева, патриарх Кирилл неоднократно положительно высказывался о необходимости для России модернизации, то в связи с резким политическим «похолоданием» в стране – а именно в связи с возвращением в Кремль Путина, его точка зрения изменилась. В своем выступлении в телепередаче «Слово пастыря» 3 ноября 2012 года посвященной празднованию Дню народного единства 4 ноября, Кирилл сравнил современных отечественных модернизаторов с «предателями» Отечества далекого Смутного времени. Игумен Сергий (Рыбко) пошел дальше и резко высказался по поводу «несистемной оппозиции» в стране. В своем телеинтервью от 29 октября 2012 г. игумен назвал участников протестов на Болотной площади «врагами народа». Днем позже Сергий раскрыл свою мысль еще более полно: «Что касается «болотной» оппозиции, то их правильнее будет назвать врагами России».

Однако нельзя не заметить, что, несмотря на большую политическую и материальную поддержку Церкви со стороны государства, личную энергию патриарха, успешные попытки установить пастырский контроль над многими государственными институтами, на поверку консолидировать и сплотить крайне разобщенное и индивидуалистическое российское общество православной Церкви не удается. И причина вовсе не в том, что, как утверждают церковные деятели, против Церкви идет настоящая «информационная война» инициированная некими «антиправославными» или «антирусскими» силами. Хотя доля истины в этом есть. Но на нападки откровенных провокаторов типа Pussy Riot и им подобных, у Церкви всегда в достатке своих «защитников»: радикалов и религиозных фанатиков-«хоругвеносцев», ряженых казаков и т.д. Проблема в другом.

Опасно сблизившись с государством, вернее с его правящим режимом, проводящим по сути антинациональную политику в интересах узкого слоя чиновников и компрадорской буржуазии, изначально поддерживая власть в ее борьбе с оппозицией, Церковь на глазах утрачивает доверие интеллектуальной части общества, которая стремится к коренному изменению российского государства в сторону его очеловечивания и формирования в нем гражданской солидарности. К тому же, обилие людей в храмах еще не свидетельствует о достижении социальной гармонии в российском обществе, не живущем по христианским заповедям. И в этом отношении оправославленная Россия не выдерживает сравнения с атеистическим Советским Союзом. Возьмем ли мы уровень преступности, агрессии в обществе, или уровень эгоизма, «душевности», «отзывчивости», общественной солидарности и взаимопомощи, нынешняя Россия значительно проиграет канувшему «в лето» СССР. И это звучит, как приговор стране, где так активно внедряется религиозная мораль и нравственность.

Фактически же в России, скорее всего, наблюдается распространение обрядового православия, но не христианского духа, воплощенного в Евангелие. Как пишет социолог Борис Дубин, «…вступает в действие механизм присоединения к большинству: я не хочу оказаться вне народа, России, истории…То есть мы имеем дело с мифологией слабых людей, компенсирующих сознание того, что у них нет ни силы, ни ответственности,-а таково самосознание трех четвертей россиян. Отношение к вере аналогично отношению к государству: словесная демонстрация приверженности — да, а включенность в реальную деятельность — нет». Другими словами, подобная «религиозность» аналогична и показной патриотичности россиян, привыкших как научил «телеящик» к пафосной «говорильне» «национальных» лидеров и лишь к имитации своей «православной» деятельности, но с отказом от конкретной христианской помощи «ближним».

Таким образом, в России наблюдается лишь видимость консолидации российского общества вокруг религиозных ценностей в государстве, где общество по-прежнему задавлено властью, и проявляет пассивность.

В то же время нельзя не признать факт массового стремления части молодежи и образованного населения к поиску иных, внецерковных форм религиозности. Разочарованные церковным авторитаризмом, отсутствием терпимости к инакомыслящим, сближением Церкви с государственной властью, адепты новых религиозных форм осваивают менее авторитарные конфессии в которых между человеком и Богом нет промежуточного звена в виде церкви. Кроме этого наблюдается явная индивидуализация религиозной веры и отход от коллективных религиозных форм. Собственно говоря, подобное наблюдается и в развитых странах Запада, где традиционные религии и их церковные институты резко сокращают число своих прихожан, зато там увеличивается число «индивидуалов» и адептов смешанных конфессий.

Возможно именно последние, менее жесткие и более гуманистические формы религиозного сознания являются альтернативой традиционной и авторитарной модели государственно-церковного альянса и его имитационной религиозной солидарности.


Прикреплённый файл:

 patrgolikova.jpg, 33 Kb



Оставить свой отзыв о прочитанном


Предыдущие отзывы посетителей сайта:

20 декабря 13:12, Teoslav:

Беззаконие церковного догматизма

Самоограничение церкви нелепыми догматами противоречило логике Антропного принципа и Библии. Поэтому была неизбежна утрата церковью роли духовного предводителя и последующее вырождение ее в заурядный общественный институт нравов. Так случилось с католической церковью уже в эпоху Реформации. Не избежало этой участи и православие. Его последний оплот – РПЦ в начале XX века была физически уничтожена детьми-дьявола, а в конце ХХ века ими же «возрождена» в качестве идеологического муляжа неофеодализма: во святилищи мéрзость запустенiя (Дан 9,27).


25 декабря 01:29, Лидия:

Нет никакой солидарности

Власть церковь пока терпит, и пока не очень убивает.

И никакой политической и материальной поддержки Церкви со стороны государства нет. Прихожанам приходится всё за свой счёт делать. Это при том что государство все 70 лет церковь грабила на свои нужды. даже Дума стоит на территории снесённой церкви.

Вот в Кремле есть Патриарщий дворец - там музей. Во всех соборах Кремля - музеи. Во всех музеях страны находятся редкие уникальные иконы и предметы культа. Их не за что никогда не отдадут.

А уж как политически власти с церковью солидарны - просто слов нет! Все государственные каналы, газеты с удовольствием крутили безобразное кощунство женщин в масках, а вот мусульманский фильм сразу запретили. Церковь и верующие из всех сил пытаются бороться с ужасающими последствиями пропаганды либерализма, свободы всего и вся. Но этого никто не слышит. И вы тоже.

Есть проекты "Трезвая Россия - общее дело", есть движение против абортов, люди пишут обращения против пропаганды насилия и проституции, но ... никто не слышит.

Может стоит выводы делать ознакомившись с точками зрения двух сторон, или трёх - вас, церкви и власти. А не только с одной. Надо констатировать, что несмотря на обилие словес, простите, истинной Церкви и ситуации вокруг неё автор не знает.


29 декабря 19:55, Владимир Путник:

О данной статье

Словоблудие. Облечённое в форму некоей, достаточно выспренней философичности. Да, к тому же ещё, и весьма малограмотное словоблудие. Пример:"...о полной замене светской культуры на религиозную речь НЕ СТОИТ..." Перлы, одним словом. Многомудрой словесности. И больше ничего.


31 декабря 08:26, Петр Иванов Мюнхен - Германия:

25 декабря 01:29, Лидия

Лидия права и не права. Видит ли Лидия различия: церкви и Церкви? Во всяком случае это не видно в комментарии. Приходскую церковь можно знать, но многие истинные прихожане, лишь смутно "знают" Церковь.

Автор же статьи, с тревогой взирает на Церковь «Московской Патриархии», и прямо говорит: "В России наблюдается лишь видимость консолидации российского общества вокруг религиозных ценностей в государстве, где общество по-прежнему задавлено властью..." на фоне "имитационной религиозной солидарности".

Мало того, автор обеспокоен за Церковь: "...нельзя не признать факт массового стремления части молодежи и образованного населения к поиску иных, внецерковных форм религиозности...". А наша Лидия видит в статье "обилие словес", что выглядит странно... Но и симпатично то, что Лидия нашла время на посещение Правой.ру и отставляет отзыв.

А вот и справедливый укор автора православным: "Возьмем ли мы уровень преступности, агрессии в обществе, или уровень эгоизма, «душевности», «отзывчивости», общественной солидарности и взаимопомощи, нынешняя Россия значительно проиграет канувшему «в лето» СССР. И это звучит, как приговор стране, где так активно внедряется религиозная мораль и нравственность. Фактически же в России, скорее всего, наблюдается распространение обрядового православия, но не христианского духа, воплощенного в Евангелие".

P.S. понравилась фраза из статьи "в развитых странах Запада, ...традиционные религии и их церковные институты резко СОКРАЩАЮТ число своих прихожан..."


31 декабря 09:23, Петр Иванов Мюнхен - Германия:

20 декабря 13:12, Teoslav

\"Беззаконие церковного догматизма\" и есть противоречие логике, так как Церковные Догмы умещаются именно в ряд нетривиальных соотношений - в Антропный принцип и в Духе Библии.

\"Самоограничение церкви «нелепыми» догматами\" донесло до нас сокровенную службу церковную, святые мощи, святые иконы и храмы и Культуру Православия. Именно забвение «нелепых» догм выбросила католическую церковь, как падаль, на посмешище Института Секты.

Что касается эпохи Реформации, то рекомендовано глубже взглянуть на висельника Лютера, он же женатый монах на монахине, и на его антихристианское окружение...

РПЦ в начале XX века была физически ПОЧТИ уничтожена детьми-дьявола, но не до конца. И в этом есть ЗАСЛУГА самоограничение церкви «нелепыми» догматами.

Именно при нынешнем патриархе Гуньдяеве; Церковь, но не путать с церковью, «возрождена» в качестве идеологического муляжа неофеодализма: во святилище мерзость запустения.., дабы отвергает святые Канонические Церковные Догмы!


7 января 14:41, Teoslav:

31 декабря 09:23, Петр Иванов Мюнхен - Германия

\"сокровенную службу церковную, святые мощи, святые иконы и храмы\" - атрибуты махрового язычества, позлащенного пгавославным бес-культурьем.

Оно, конечно, из Мюнхена сладостной сосулькой видится, как Депардье - пгавославная дерьмократия.


11 января 13:28, Петр Иванов Мюнхен - Германия:

1. 7 января 14:41, Teoslav. 2. 29 декабря 19:55, Владимир Путник

1. Любая «ломка», будь то от наркозависимости или, так сказать, от религиозного шатания-расшатывания, безусловно болезненна и порой агрессивна к тем факторам, которые пробуждают НЕОБХОДИМОСТЬ осознать, что грядёт неминуемый путь к отказу от заблуждений приведших к религиозной «наркозависимости» и осознанию в необходимости тернистого пути Блудного сына.

ОТВЕРГАТЬ или БЫТЬ в состоянии постоянной подозрительности - надломленности к Церковным догмам, Таинствам, церковным вековым обрядам своего Богоностного Народа, не воспринимать древнейшую сокровенную службу церковную, целительные мощи, икон Сияющих - в непостижимой ЛОГИКИ, удивительные намоленные храмы; вот это и есть АТРИБУТ МАХРОВОГО БЕС-ЯЗЫЧЕСТВА ПОЗЛАЩЕННОГО С ИЗБЫТКОМ ДЕРьМО-АТЕИЗМОМ.

2. А вот Владимир Странник (от 29 декабря 19:55)в тайне зависти умудриться усмотреть в «данной статье словоблудие и выспренную философичность», да это не что иное как: перлы, одним словом!!! И больше ничего..!



Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2018