25 мая 2019
Правый взгляд

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Вячеслав Бакланов
12 марта 2013 г.
версия для печати

Нациостроительство в СССР

Русский народ был главным донором и «государстводержателем» своеобразной советской империи. Коммунистическое правление и ход «социалистического строительства» растратил казавшиеся безмерными русские жизненные силы, выхолостил мощный русский мессианизм, атрофировал русскую союзно-имперскую идентичность. Именно поэтому русские, которые были всегда жертвой ими же созданного государства, не захотели поддерживать и защищать эту империю

Следует помнить, что исходя из идеологических марксистско-ленинских постулатов, национальный вопрос на протяжении всего советского периода оказывался вторичным и играл подчиненную роль по отношению к проблемам политического, социального и экономического характера. Сам факт переименования России в СССР свидетельствует о стремлении коммунистических вождей вытравить из общественного сознания все этнонациональные и культурные формы предыдущих исторических эпох связанные с русско-российской государственностью. Сознательный отказ от национализма в пользу коммунистического космополитизма по мысли основателей партийно-советского общественного строя являлся пионерским проектом, который должен служить образцовым примером для всего человечества, разделенного на этносы и нации. И, несмотря на некоторый отход от интернационалистской парадигмы в годы сталинского термидора в 30-40-е гг. и некоторую национализацию внутренней и внешней политики СССР в эти годы, лидеры СССР в 50-60-е гг. совсем не отказались от космополитического интернационального проекта, продолжали сохранять верность его многим базовым принципам.

Так, на протяжении всего периода существования СССР его руководители не отказывались от своей утопической идеи достижения полного государственного единства и слияния наций, используя все средства (включая и депортации народов при Сталине) для того чтобы форсировать этот процесс. Советский народ как «новая историческая общность» и выступил в качестве универсальной конструкции, в которой по мысли партийных идеологов предполагалось «переплавить» все народы и этносы многонационального Советского Союза. Однако на практике реализация этого плана наталкивалась на вековые цивилизационные и этнические различия, и противодействие со стороны национальных культур. Тогда коммунистическое руководство вынужденно шло на временные компромиссы национальным окраинам. Ярким примером такого компромисса было создание советской федерации по национально-территориальному принципу, а также политика «коренизации» партийно-государственной и интеллектуальной элит на местах. Однако такие тактические отступления от главенствующей классово-интернациональной парадигмы у руководства страны приводили к явным стратегическим просчетам. Национально-территориальный принцип, положенный в основу советского федеративного устройства (на самом деле СССР представлял собой жестко унитарное государство, в котором федеративные права республик лишь декларировались-В.Б.), и политика «коренизации» (преимущественное рекрутирование во властные структуры представителей коренных этносов) на местах способствовали развитию этнической идентификации и росту национал-сепаратистских тенденций в многонациональном государстве. Все это закладывало «мину» под «прочный и нерушимый союз народов СССР» и раскалывало единую советскую общность, а значит и единство многонационального государства.

Тем не менее советские руководители не оставили планов переплавки советских наций в единую общность. В сравнительно «либеральную» эпоху оттепели, Хрущев пришел к выводу, что наступило время подумать не только о конкретных сроках наступления коммунизма, но и о слиянии наций, как это предусматривает сама цель коммунизма. Обе эти проблемы Хрущев поставил в Третьей Программе партии в 1961 году. Он хотел не больше и не меньше, как превращения национальных республик в географические понятия. Вместо сталинской формулы «расцвет национальных по форме и социалистических по содержанию культур», Хрущев и идеолог Суслов, выдвинули новую формулу: «Расцвет и сближение наций». Из этой формулы намеренно была исключена «национальная форма» Сталина, то есть национальный язык как главное орудие любой национальной культуры. Причина ясна: когда произойдет «слияние наций» через «сближение», то и язык будет для всех один-русский. Первой ступенью, к слиянию наций и созданию единой нации и является новая социальная общность — так называемый «советский народ». Избегая упоминать дореволюционную формулу Ленина «целью социализма является не только сближение наций, но и слияние их», новая «программа КПСС» говорит, что задача партии — дальнейшее сближение наций и достижение их полного единства [1].

Но само отсутствие репрессивного «катка» уже не сдерживало национальные элиты союзных республик от возможности латентного сопротивления подобной унификации со стороны союзного центра. А с наступлением «застойного» правления Леонида Брежнева кризисные явления охватили в первую очередь, сам грандиозный конструктивистский проект «советский народ». Когда с конца 60-х гг. коммунистическая идеология в стране вступила в период все нараставшего кризиса, общая советская идентичность в национальных республиках СССР стала повсеместно сменяться этнонациональной идентичностью. Ярким свидетельством кризиса национальной советской политики явилось нарастание оппозиционных советскому партийно-государственному режиму национальных движений, почти во всех союзных республиках. Наиболее сильными и массовыми эти движения были в национальных республиках Балтии. Характерной особенностью национальных движений этого периода являлось нерасчлененность в них как сугубо этнических, так и демократических, целей. В условиях лишения права на свободное политическое, национальное, культурное, религиозное самовыражение этнонациональные движения в СССР являлись мощным элементом политической мобилизации масс под национальным знаменем.

Однако, несмотря на всю серьезность и рост оппозиционных выступлений этнонациональные движения не могли вплоть до середины 80-х гг., серьезно поколебать жестко централизованную, но многонациональную державу. Центральная власть вплоть до перестройки еще была достаточно сильна чтобы не только не допустить национального «взрыва», но и, в какой-то мере «утихомирить» национальную оппозицию в стране с помощью массовых репрессий в конце 70-х- начале 80-х гг. Но устранить полностью национальную оппозицию власти уже были не в силах — слишком далеко разошлись официальные постулаты теории межнациональных отношений с реальной практикой национальной политики. Национальный вопрос продолжал оставаться наиболее острым и жгучим в последние годы существования СССР, настоятельно требовал своего решения. Но в национальном вопросе изменений не произошло. И, в первые годы перестройки, центральное руководство, взяв курс на глубокие реформы, тем не менее, продолжало проводить традиционную не отвечавшую духу времени и уже явно обреченную, национальную политику. И только общий кризис центральной партийно-государственной власти, социально-экономический кризис, недееспособность старой национальной политики привели к новому, еще более мощному, всплеску национальных движений в СССР в конце 80-х-начале 90-х гг. [2]

В исследовании национального вопроса в СССР, в изучении феномена «советского народа» нельзя не упомянуть и положение в стране русского народа. Большинство западных «советологов» (особенно С. Биелер, З. Бжезинский) называя СССР империей, утверждали, что русские господствовали политически и угнетали другие народы и в частности, обвиняли СССР в сознательной русификации. Однако на сегодня чисто оценочный концепт «СССР как тюрьма народов» отвергается даже на Западе. Так, по мнению американского профессора Терри Мартина, в СССР проходил масштабный и в целом положительный эксперимент в управлении многоэтничным государством, который впоследствии был изуродован репрессиями, депортациями целых народов и централизаторской политикой в сфере экономики и идеологии, но который действительно создал «империю-наций» — своего рода фундамент для создания новых государств вместо распавшегося СССР. «Советский Союз не был моноэтническим государством. Никогда не предпринимались попытки создать советскую национальность или превратить Советский Союз в русское моноэтническое государство. Термин «советский народ» был, прежде всего, фигурой речи, чаще всего это словосочетание использовалось в качестве синонима пламенного патриотизма и говорило о готовности различных по своей национальности советских народов защищать Советский Союз от иностранной агрессии. Роль, которую в традиционном моноэтническом государстве играла господствующая национальность, в Советском Союзе должна была отведена «дружбе народов». «Дружба народов» олицетворяла собой модель единого общества, каким представляли его себе власти Советского Союза». [3] Другими словами, по мнению Мартина, термин «советский народ», предполагал собой воображаемую реальность, но подкрепляемую реальной и во многом позитивной национальной политикой. И с этим трудно не согласиться.

Теперь как быть с русификацией? Действительно, русский язык был доминирующим в культурном пространстве СССР, но он выполнял во многом функциональную роль. По мнению И. Кудрявцева, русский язык играл роль своеобразного «клея», который скреплял национальную конструкцию СССР [4]. Просто на базе русского языка (на котором говорят большинство) лучше всего можно было сконструировать «социалистическую сверхнацию» — советский народ.

Поэтому большинство современных российских исследователей склоняется к мысли о том, что в СССР, несмотря на всю имперскую его конструкцию, собственно русский народ был главным донором и «государстводержателем» своеобразной советской империи. Так, Тишков называет Россию-СССР империей особого рода, поскольку в ней, не было ни имперской нации, ни разделения на метрополию и колонизируемую периферию. Более того, он считает, что это была империя за счет русского народа [5]. Это проявлялось во всем, в частности, в перекачке человеческих и материальных ресурсов из центральной России на национальные окраины советской империи. По мнению В. Соловья: «России и русским суждено было служить мотором социалистического строительства и источником ресурсов для ускоренного развития национальной периферии. Эту жертвенную роль с ними делили украинцы и белорусы»[6]. Правда, даже это не смогло сократить увеличивающийся социально-экономический разрыв (главная причина заключалась в демографическом «взрыве» среднеазиатских республик) между республиками Центра и особенно Балтии, от республик Средней Азии и Казахстана.

В то же время пресловутая и набившая «оскомину» концепция о русском народе как «старшем брате» должна была морально компенсировать всю жертвенность тяжелой имперской ноши русского народа. До поры — до времени, пока статус русских в национальных республиках был довольно высок, русские как наиболее квалифицированные и образованные работники ценились в автономных и союзных республиках. Но как только, начиная с 60-х гг., коммунистически-советская идентичность в национальных республиках стала уступать этнонациональной, русские вдруг сразу же оказались «чужаками и оккупантами», в «чужих» для них республиках. Началась замаскированная под официальную политику «коренизации» кампания по выдавливанию и дискриминации русскоязычных кадров и замены их представителями титульных этносов и наций в союзных и автономных республиках СССР. Под влиянием национализма и усиливавшей русофобии в 60-70-80-е гг., начался обратная миграция русскоязычного населения из национальных республик обратно в Россию. По подсчетам А. Вишневского, Ж. Зайончковской, первой республикой, откуда отток русских шел еще с 60-х гг., была Грузия (за 1959-89 годы численность русских сократилась на 18 %). Следующим был Азербайджан (за 1959-89 годы численность русских там уменьшилась на 22%), а со второй половины 70-х годов, начался отток русских из Средней Азии [7]. Отток русского населения вел к ослаблению и изменению состава «клея», что в целом, подрывало «скрепы» советской общности и напрямую провоцировало дезинтеграционные процессы в СССР.

Другим, еще большим показателем неблагополучия государствообразующего народа сталo резкое снижение демографической рождаемости русских и уменьшение их общей доли в советской общности на фоне роста представителей неславянских этносов и национальностей. С точки зрения В. Соловья, с чем, безусловно, следует согласиться, само коммунистическое правление и ход «социалистического строительства» растратил казавшиеся безмерными русские жизненные силы, выхолостил мощный русский мессианизм, атрофировал русскую союзно-имперскую идентичность. Именно поэтому русские, которые были всегда жертвой ими же созданного государства, не захотели поддерживать и защищать эту империю [8]. А это, в свою очередь, и предрешило крах союзного государcтва.



[1] Жуков В.И., Павлов В.С. Национальная политика Советской Власти. М.: Союз, 1999. С 141

[2] Бакланов В.И. Национальные движения в СССР в 1953- 1985 гг. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. М.1999. С.300-304.

[3] Мартин Т. Империя «положительной деятельности». Нации и национализм в СССР, 1923-1939.-М: РОССПЭН. 2011. С.630.

[4] Цит. по Распад СССР. Документы. Составитель Шубин А.В.- М., ИВИ РАН, 2006. С.7.

[5] Тишков В.А. Этнический фактор и распад СССР: варианты объяснительных моделей/ Трагедия великой державы: национальный вопрос и распад Советского Союза. М.: «Социально-политическая МЫСЛЬ», 2005. С.597-398.

[6] В.Д. Соловей. Кровь и почва русской истории. М. Изд-во Русский Мiръ 2008. С.147.

[7] Вишневский А., Зайончковская Ж. Волны миграции. Новая ситуация // Свободная мысль.- 1992. № 12. С.4-5.


Прикреплённый файл:

 ussr.jpg, 39 Kb



Оставить свой отзыв о прочитанном


Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2019