26 апреля 2018
Правый взгляд

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Илья Бражников
18 марта 2018 г.
версия для печати

Оно и Мы

Посмотрев римейк фильма “Оно» – экранизацию, которую одобрил сам Стивен Кинг – я в очередной раз был поражен тем, насколько близки наши и американские 80-е. В советских городах, понятно, официально не водилось никакого Оно, но Андрей Чикатило, как известно, орудовал именно тогда, и эффект его присутствия был вполне сопоставим со впечатлением от танцующего клоуна Пеннивайза

Посмотрев римейк фильма “Оно» (“It”) – экранизацию, которую одобрил сам Стивен Кинг – я в очередной раз был поражен тем, насколько близки наши и американские 80-е. В 1989 году компания 13-летних «лузеров» (у нас бы это были «двоечники» — разумеется, под «чутким руководством», а здесь это три еврея, негр, заика, толстяк и ирландка) спасает город, в котором убивают детей от чудовища, так называемого It. В советских городах, понятно, официально не водилось никакого Оно, но Андрей Чикатило, как известно, орудовал именно тогда, и эффект его присутствия был вполне сопоставим со впечатлением от танцующего клоуна Пеннивайза.

Очень знакомые (прямо до дежавю) типажи хулиганов, ярко представленные как на советском экране, так и в действительности 80-х — за их прически и майки можно сказать отдельное «спасибо» художнику по костюмам. Узнавание происходит почти на телесном уровне. Небольшие различия, актуальные в 80-е, теперь уже совершенно слились и стали тождествами: так, в советском герои «хулиганы» были бы обязательно маркированы как околоуголовный элемент мутного происхождения, а тут это дети полицейских и расисты. В целом у добросовестстного советского кинозрителя должны возникать ассоциации не только с мини-сериалом «Оно» 1990 года, но и с «Тимуром и его командой» или «Бронзовой птицей», например.

Конечно, я в курсе, что существует целая система взглядов, согласно которой СССР – это в принципе был неудачный косплей США. Пионеры – косплей американского движения скаутов. (Я помню, помню наше всеобщее юношеское изумление, когда мы узнали о существовании американской техники Pioneer! Ведь это слово казалось нам таким же родным, как «юный» и «Ленин»). Днепрогэс и другие великие стройки индустриализации возникли благодаря американским технологиям и инженерам. Война выиграна благодаря американской гуманитарной помощи и прежде всего – тушенке. Победив в Холодной войне, американцы «перезапустили» СССР под видом РФ. И т.д. Я не собираюсь тут давать оценку истинности подобных утверждений. Эта мифология, как и любая другая, внутренне непротиворечива и вполне убедительна. Можно пойти дальше и отметить, что закладка красного кирпичного Кремля происходит в том же 1492 году, в котором и Колумб открывает Америку. Но – дальше пусть работают конспирологи, а я все же хотел сказать о другом.

А именно – о различиях. В советской культуре начиная с периода зрелого сталинизма и до перестройки, как известно, жестко табуировались три вещи: мистика, насилие и секс. Видимо, смутная память об этом заставила поставить на новую экранизацию Кинга маркировку 18+, и «тимуровцев», если представить себе, что история не сделает зигзаг в 90-е и фильм выходит в СССР, на просмотр бы просто не допустили. Не знаю, право, что может понудить сегодня зрителей старше 18 заинтересоваться фильмом про и для тринадцатилетних подростков (я, например, смотрел за компанию с дочерью), но таковы наши сегодняшние реалии. А они таковы, что книги Стивена Кинга пользуются сегодня в РФ огромной популярностью – и прежде всего у подростков, которые книг не читают или почти не читают. Я полагаю, Кинг занял приблизительно ту нишу, которая принадлежала во второй половине XX века писателям, вроде Аркадия Гайдара или Анатолия Рыбакова. Серия «Библиотека Пионера», возрастная аудитория 12-14 лет. Но упомянутых советских писателей читать сегодняшних 13-летних можно заставить только с помощью методов домашнего насилия, которые преследуются по закону. Поэтому лучше понять, чего не хватает им, создателям пионерских характеров и сюжетов, и что есть у Кинга.

Ответ мне представляется простым. Им не хватает Достоевского. Их герои живут в мире, в котором Достоевского нет и не было никогда. Он не случился в советской культуре по вполне понятной причине – поскольку заранее предвидел и раскритиковал ее основания.

Напротив, Стивен Кинг, как и большинство современных европейских и американских писателей, режиссеров, драматургов, творит в мире, где Достоевский случился и изменил этот мир навсегда. Гайдаровские и рыбаковские пионеры легко побеждали зло, поскольку корни его были социальными. "Пионеры" же Стивена Кинга, подобно героям Достоевского, оказываются в ситуации, когда им приходится сталкиваться со злом внутри человека – в том числе внутри самих себя. Ну и, разумеется, зло может быть персонифицировано. У Ивана Карамазова был чёрт, у кинговских «пионеров» есть It, танцующий клоун, пожирающий детей.

И вот тут между «средним европейцем» или средним американцем (коим и является христианнейший и буржуазнейший до мозга костей писатель Кинг) и советским человеком проходит черта. Там, где первых отсылают к Ницше и «Заратустре», вторых всего лишь к песне Валерия Леонтьева «Канатный плясун». Я не говорю, что Леонтьев хуже Ницше. Как поп-фигура, он, возможно, даже лучше. Но Ницше так же не случился у нас, как и Достоевский, и Лев Толстой. Советская культура вместо того, чтобы переработать русских классиков, покрыла их глянцем, мумифицировала и поставила на полку. Так для нее было безопаснее. В 90-е, казалось, всё ещё можно было поправить. Но как бы не так. Культура продолжила – в том числе в наиболее актуальном сегодня жанре сериала – советскую жвачку с ее плоской драматургией и наивной характерологией.

Почему теперь, когда «всё можно», в РФ не могут выпустить сериал уровня «True detective» или «Фарго»? По той же самой причине. Ни режиссерам, ни драматургам, ни актерам ничего не известно о природе зла. Зло проецируется куда-то вовне, на «врагов» и отдельных людей. Потому, если Оно и случается, то где-то в глубокой «бессознанке» – и немедленно получает оправдание, прежде всего от близких, которые предпочитают по-прежнему жить, как в СССР, не замечая Зла. И никто сегодня не решится, несмотря на эру каминг-аутов, выйти и сказать: «Зло, которое сидит во мне, сидит во всех нас, питается нашим страхом и пьет нашу кровь. Оно убивает наших детей. Давайте соберемся вместе – хотя бы те, кто уже пострадал от Зла и знает, как Оно выглядит, – и скажем ему: «Нет!» Оно не вне нас. Оно – это Мы!»

Нет, этого не будет. Достоевский будет все так же пылиться на полке и жить только в умах академических ученых. А мы, оказавшись перед выбором, в очередной раз выберем Его. Точнее Оно снова выберет нас.


Прикреплённый файл:

 klown.jpeg, 11 Kb



Оставить свой отзыв о прочитанном


Предыдущие отзывы посетителей сайта:

19 марта 02:23, Посетитель сайта:

Уважаемый Илья Леонидович!

Лучше расскажите своим детям (и сами заодно лишний раз вспомните), как вы в своем детстве могли не бояться подобных монстров (законных членов \"современного\" общества). Расскажите о той свободе, которая им сейчас и не снилась. Этот подарок вам сделал тот самый советский \"культурный оптимизм\", который вы тут критикуете. (Нет, не говорите им, что чудовищ не было - они были, но как редчайшая экзотика. Сейчас - повседневная реальность.)

Об этом статьи не напишешь, не рискуя выглядеть наивным или впасть в банальность (ведь это-то известно всем, рожденным в СССР), но пользы-то будет больше. И вам, и вашим детям, и обществу.

У вас, получается, Кинг с Достоевским как бы вместе против советских типа дурачков. При том, что Кинг - часть культуры, которая увековечивает правило \"сожри другого, пока не сожрали тебя\", легитимизирует зло. Кинг - это декаданс, и разве есть что-то новое в том, что упадочное пользуется популярностью? Вопрос риторический.

Достоевский же - это чистое страдание, до эпилептического припадка, вызванное осознанием того, что миром правит зло.

Достоевский - это третий путь, и в генезисе советизма он сыграл свою роль. Гуманизм + патернализм - вот черты, которые их сближают.

Как-то на улице, в Песках (район Петербурга), Федору Михайловичу в буквальном смысле дал по шее нетрезвый люмпен; от удара великий писатель упал на мостовую. Достоевский не только не обозлился на обидчика, но ходатайствовал за него в суде, а потом дал ему деньги на уплату штрафа (которым тот отделался именно благодаря заступничеству Достоевского). Ничего не напоминает? Именно такие отношения и эту самую мораль (\"прощенчество\", доброту, христианское \"подставь другую щеку\") проповедовала вся советская послесталинская культура. Кстати, многие в том числе за нее СССР недолюбливают.

Достоевский - антипод тому, что стоит за Кингом. Они как мистер Ферст и мистер Секонд из того по-советски оптимистичного пародийного вестерна, над которым вы хохотали в молодости.


19 марта 02:35, Посетитель сайта:

Впрочем, насколько оптимистичного? Мистер Секонд, согласно рассказанной в "ЧСБК" истории, побеждает. Ферст должен вернуться когда-нибудь потом, и судить об этом можно только по тончайшим намекам, благодаря общему настроению, создаваемому, как всегда, великолепной, музыкой, и тому, что все лучшие, все главные акторы - в том числе демонический герой, которого играет Боярский ("Зло"-то - тоже с нами!), и - last but not least - прекрасная героиня - вместе с Ферстом. "Уходят из зоопарка".

Такой вот он, советский оптимизм, - "прост-да-не-прост".


29 марта 05:35, Посетитель сайта:

Посетителю.

А мне понравилось и как написал Бражников и как написали вы.



Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2018