Станислав Сенькин
17 сентября 2018 г.
статья на сайте

Третий Рим как судьба

Греческая парадигма для нас чрезвычайно невыгодная и по сути ложная. Греки возвеличивают себя только за счёт русских. Мы — огромный геополитический приз, за который греки не поскупились и создали нам азбуку, хотя русские имели свою глаголицу, как и другие славяне. Фактически "дубинка василевса" находится у нас, а значит, и центр силы у нас

1. Ορθοδοξία = Ελληνισμός

Плакаты с изображением Агиа София и такой надписью висят в большинстве афонских монастырей. Кто плавал — знает. Знак равенства между православием и эллинизмом вовсе не означает, что другие православные народы стали эллинами.

Эллин — это носитель греческого языка и греческой культуры. Эллинизм — солнце православия, а другие православные народы лишь просвещаются светом эллинизма, но по духу православными не являются. Богословские школы Греции вовсе не полумёртвые, как в России. У нас богословие наука культурологическая, в Греции — живая. В их университетах возрождаются, живут, борются между собой всевозможные ереси. Это никого там не смущает — эллинизм жив, а не содержится в едином "аз".

Чёткое разделение между эллинами и просвещёнными эллинами варварами в Греции является классическим изображением так называемого культурного расизма. При этом греки вполне дружелюбно общаются с "высшими народами", прежде всего англичанами. Поскольку скрытое управление варварами через религию делает греков народом высшим. Тенденция в поместных православных Церквах приносить общецерковные интересы в жертву национально-политическим, племенным называется у греков этнофилетизмом. Это ересь осуждена на Поместном Константинопольском Соборе 1872 года. Между тем отождествление православия с "духом греческого народа" их не смущает. Поскольку они "высшие", а мы — "низшие". И нужно чётко это понимать. Общецерковные интересы — это интересы греков и их Μεγάλη Ιδέα, все остальные народы, раз назвались груздем, НЕ ИМЕЮТ ПРАВА ставить свои национальные интересы выше греческих.

Русские в этой парадигме народ зависимый, не могущий породить свою богословскую мысль и утвердиться в качестве самостоятельного зрелого народа, отбросив греческий национализм вместе с частью живой православной традиции. Оторвать с болью и кровью эту эллинскую присоску, ослабляющую нас духовно.

Греческая парадигма для нас чрезвычайно невыгодная и по сути ложная. Греки возвеличивают себя только за счёт русских. Мы — огромный геополитический приз, за который греки не поскупились и создали нам азбуку, хотя русские имели свою глаголицу, как и другие славяне. Я не против греков — это тёплый дружелюбный и культурно родственный нам народ. Но русские по крайней мере заслужили паритета в православии, как носители имперского и цезарепапистского направления. Фактически "дубинка василевса" находится у нас, а значит, и центр силы у нас, а не в Кпле.

По сути Кпль сейчас выражает позицию Запада, как и во времена Флорентийской унии. Это не секрет. И нам остаётся только сдаться на его западную милость, либо быть верными до конца и обратиться к своим корням — к забытой и непонятной подавляющему большинству святой и истинной идеологеме Третьего Рима.

2. Третий Рим

Идея нашей обособленности и уникальности пришла из Византии, идея нашей исключительности прямо вытекала их хранимого нами православия и предательства своего начала самой Византией.

Византия усердно сопротивлялась — с одной стороны реставрация язычества, Возрождение — на кресте процвели розы. С другой — истина нового арабского пророка, сублимировавшая и модернизировавшая весь опыт имперского христианства.

Могла бы Византия удержаться? Нет, мы не вправе винить ромеев, они сражались, как львы, и стояли насмерть. Ромеи уделяли большое внимание славянам и настаивали на христианской целостности Руси. И хотя митрополит Киевский был уже в Москве, они не давали христианам Москвы отделиться от Киева, потому как мы были для них важными, как дети.

Священный язык ромеев — κοινὴ — на котором написан Новый завет, за исключением первой книги, был рождением Христа в свет. Второй язык — церковнославянский — развил христианство, это порождение зрелого церковного опыта, это развитие идей, заложенных в Евангелии, кристаллизация ромейского наследия. Кирилл и Мефодий подарили славянам Откровение, и мы его приняли на своём языке.

Но Византия пала, возрождение язычества на Западе приносило больше комфорта, больше жизненной правды, больше мудрости, и Запад, оккупированный варварскими народами, ничем по своей грубости не отличавшихся от славян — готами, тевтонами и лангобардами, начал принимать утончённые черты богатой дохристианской культуры.

Византия растаяла, как воск от лица огня, перетекла в этот мир в надежде сохраниться в Западе, но затем оттекла в Ислам, потому что только там она могла сохраниться. Страх растворения в Западе есть неверие — разве врата ада одолеют церковь?

Русь же столько раз бросалась в эти объятья Запада и не теряла идентичности. Почему? Потому что у нас есть онтологическое основание и кардинальное отличие. Третий Рим видел падение и первого и второго Рима. Если падение "Римов" это естественный процесс, значит, и неправильно нас учили. Нет никакого Господа, и ничто не устоит перед вратами смерти и ада.

Сейчас Кпль — полностью западная структура по духу. Запад очень крут, богат, велик и обольстителен. Красив и могуч, умён и беспощаден. У нас есть не самое лучшее население, не самая богатая страна, но есть это внутреннее онтологическое основание, переданное нам в самом начале. И теперь у нас выбор — либо раствориться, умереть в западных объятиях, либо осознать себя как Третий Рим.

Но если подумать, выбора у нас нет: мы бы с удовольствием растаяли в Западе — посмотрите на украинцев, некоторые из них на всё готовы ради этого. Мол, не получится у Москвы, получится у нас. Но у Москвы не получилось даже после разрушения храма Христа Спасителя. Камни посыпались, но врата ада не разрушили наши основания. До сих пор мы стоим на этой маргинальной стезе и удерживаем мир от того, от чего не знаем сами.

Третий Рим — это не выдумка средневековых политтехнологов. Это судьба.