15 ноября 2019
Правый взгляд

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Александр Елисеев
8 июля 2004 г.
версия для печати

Правые и феномен бунта

В настоящий момент некоторые русские традиционалисты пытаются... скрестить Правую Идею и идею бунта, понимаемого как некое тотальное восстание против современного мира... Но человек правых взглядов не может не осознавать, что власть неприкосновенна, ибо дана от Бога. Здесь имеются ввиду не формы власти, которые могут быть ее искажением, но сама власть – те, кто правят. Именно это положение о неприкосновенности власти и есть самая настоящая антитеза либерализму и другим проявлениям прогрессизма...

В настоящий момент некоторые русские традиционалисты пытаются совершить довольно-таки смелую «мичуринскую» акцию – скрестить Правую Идею и идею бунта, понимаемого как некое тотальное восстание против современного мира. Наиболее яркий пример такого подхода – мысли, изложенные в книге идеолога Опричного братства Преп. Иосифа Волоцкого Р. Бычкова, которая носит довольно характерное название «Введение в философию бунта». В этом очерке мы вовсе не ставим перед собой задачу разобрать данный труд. Нами отмечается сам феномен «традиционалистского бунта».

Насколько же этот самый бунт может соответствовать Традиции? Как нам представляется, бунт есть онтологическое явление, которое никак с ней несовместимо. То есть какие-то технологии бунта, очевидно, могут быть задействованы во взаимоотношениях даже с самой, что ни на есть традиционной и легитимной властью. Так, былинный Илья Муромец устроил в Киеве самое настоящее городское восстание черни, направленное против князя и его администрации. Но оно не носило никакого революционного характера, ведь Илья не выступал ни против княжеской власти, ни против власти самого Владимира. Скорее это был бунт за князя, призванный показать правителю недопустимость отхода от некоторых традиционных норм (в данном случае этой нормой была бесплатная раздача пития и яств народу).

Бунт, впрочем, вовсе не тождественен революции. Последняя означает поворот в общественном развитии, и этот поворот вовсе не обязательно происходит снизу – посредством действия радикальной оппозиции. Не менее, а порой даже и более результативна революция сверху, осуществляемая в рамках Системы. Собственно говоря, в рамках индоевропейской, христианской цивилизации возможна только революция сверху. Она может сочетаться с бунтом, а может быть инициирована самой властью. В первом случае революция уничтожает Систему, тогда как во втором – только укрепляет ее. Но в любом случае она начинается на верхних, элитарных этажах – усилиями вполне легитимных групп. Снова подчеркнем, что это утверждение верно применительно к странам индоевропейским и христианским. В Азии и Африке наблюдается несколько иная ситуация.

Постараемся обосновать данное положение, это необходимо для прояснения вопроса о бунте. История всех европейских, русских и американских революций носит верхушечный характер.

Прежде всего, надо вспомнить, как начиналась «Великая Французская революция». Бунтовщики против короля не выступали открыто против его власти и монархии как таковой. Во главе мятежа стояло большинство депутатов Генеральных штатов – вполне легитимной организации, которая созывалась государем. Потом уже революционная власть легитимизировала сама себя, создав новый государственный и общественный порядок. Однако началось все как своеобразная революция сверху.

Февральская революция тоже представляла собой, по большей части, верхушечный переворот (совершаемый, правда, на фоне массовых беспорядков). Ее организаторы (верхушка генералитета и парламентская оппозиция) требовали не ликвидировать монархию, а передать власть сыну Николая II или великому князю Михаилу. И лишь отказ последнего привел к упразднению монархии. Между тем, все опять-таки было обставлено легитимно – как «добровольное» отречение Царя.

Октябрьский переворот также носит верхушечный и «легитимный» характер. Консервативные публицисты часто пытаются представить его либо бунтом черни, либо результатом тайного заговора, однако факты указывают на ошибочность и той, и другой трактовки. Большевики никогда не взяли бы власть в свои руки, если бы не передали ее (во многом формально) в руки Советов. А Советы были не только легальной, но и вполне легитимной общественной организаций, выполнявшей многие государственные функции. Временное правительство признавало Советы как младшего партнера в государственно-политических играх и не препятствовало созданию при них отрядов рабочей милиции – т. н. «Красной гвардии».

Против Временного правительства выступил не только Съезд Советов, но и Совет Республики, вполне легитимная структура, функционировавшая как некий прообраз парламента. Большинство в нем составляли представители правящих партий эсеров и меньшевиков, которые были недовольны действиями министров Керенского. Последние явно стремились к диктатуре и отказывались реализовывать умеренно-левые проекты своих партийных коллег. Еще в августе 1917 года Керенский был исключен из своей партии эсеров. Получалось, что само Временное правительство рассматривалась как группа, полностью утратившая свою легитимность.

Придя к власти, большевики заявили, что они будут всемерно способствовать созыву Учредительного собрания, которое и решит окончательно судьбы страны. Совет народных комиссаров в первые месяцы своей работы назывался Временным революционным рабоче-крестьянским правительством. Более того, большевики, в принципе, не возражали против создания коалиционного правительства, в которое должны были войти, помимо большевиков и их союзников, еще и представители советских, т. е. легитимных партий.

Большевики на каком-то этапе борьбы за власть отождествили себя с парламентской буржуазной демократией и только этим обеспечили себе настоящую легитимность. Точно также февральские заговорщики позиционировали себя именно как монархистов, которые чуть ли не спасают Трон.

Везде мы видим одно и тоже – чтобы ликвидировать Систему нужно отождествить себя с ней. Только через это слияние, прохождение через смерть своей революционности, возможна сама Революция. Подлинный радикализм торжествует посредством конформизма.

Но почему даже самые отъявленные бунтовщики вынуждены идти на отождествление с той властью, которую они же и свергают? Откуда во власти такая онтологическая крепость? Ответ, как нам представляется, может быть только один – от Бога. Утверждение апостола Петра о том, что «нет власти не от Бога» (Рим. 13, 1), вне всякого сомнения, нужно понимать буквально, а не мудрствовать лукаво, вкладывая в уста ученика Христа собственное измышление. Иначе интеллектуальная гордыня и нонконформистский пафос могут привести нас к отрицанию самого апостольского учения, которое раскрывает суть учения Христа.

Государственная власть, какой бы она ни была, есть центральный момент всей земной жизни. Если Церковь, как Тело Христово, более находится за пределами посюстороннего мира, то власть – образ Христа и этот образ, по большей части, принадлежит именно посюстороннему миру. В данный образ вложена (посредством влияния благодати) грандиозная онтологическая мощь, которая превышает мощь любого субъекта земной действительности. Поэтому завладеть властью можно только через отождествление с нею, через проникновение в ее сокровенные глубины. И там, в этих глубинах, даже самое подрывное движение пронзается светом онтологического могущества. Оно, в определенной степени, просветляется и очищается, преосуществляется в нечто иное (таковым иным были, к примеру, режимы Бонапарта и Сталина). Указанное иное, конечно же, далеко от истинного Государства, понимаемого как чистый и незамутненный образ Христов (таковым образом может быть только монархия, в Византии императора именовали «иконой Логоса»). Но оно находится уже и в некотором отдалении от самого бунта. И задача традиционалиста заключается не в том, чтобы вступить в бой с этим иным – здесь он может оказаться в одном строю с теми бунтовщиками, которым не по нутру отход бунта от своих первоначальных целей. Необходимо всеми силами пододвигать это иное к незамутненному Образу, что, само собой, невозможно в условиях противоборства с ним.

Сказанное выше относится только к христианским странам. Очевидно, что в нехристианских традициях отношение к власти существенно иное. Она может сакрализироваться и даже обожествляться, но при этом возможны случаи самого, что ни на есть нелегитимного смещения правителей и правительств. В этом плане мы можем привести в пример революцию, осуществленную Народно-освободительной армией Китая (НОАК), которая свергла власть Чан Кайши посредством сугубо «низовой», партизанской войны. Еще один характерный пример – иранская революция 1979 года, которая была исключительно «низовым» восстанием общества против власти. Очевидно, что власть в тех странах, которые не были христианизированы, не несет в себе той онтологической мощи, что присуща христианским и даже постхристианским правлениям (любопытно, что даже в Латинской Америке с ее частыми переворотами, смена власти осуществляется, в большинстве случаев, посредством действий армии – структуры весьма легитимной). Здесь нет особой необходимости отождествлять себя с властью.

Мы, вовсе не выступаем против революции, под которой понимаем необходимый коренной перелом в ходе общественных отношений. Нами утверждается невозможность бунта, который есть насилие в отношении государственной власти. Это насилие совершенно недопустимо с точки зрения Традиции, о какой бы власти речь не шла. Именно потому, что сама власть есть образ Бога. Как уже отмечалось, данный образ может быть замутнен и искажен в значительной степени (так, в нынешней России мы имеем либеральное искажение власти). Но сам образ, несмотря ни на что, сохраняется. Поэтому всякое насилие в отношении него является восстанием не столько против либерализма (или какой либо иной формы прогрессизма), сколько бунтом против Бога. Причем под насилием мы понимаем не одно лишь вооруженное восстание (любопытно, что демократические конституции как раз дают народам право выступать против власти с орудием в руках). Насилие – это любые виды теории и политической практики, вынуждающие власть к какому-либо изменению, или к отказу от этого изменения. Таковым насилием может быть и гражданское неповиновение, и диктат парламентских представителей, и просто обвинение власти в антинародной деятельности.

Мы изложили точку зрения, которая многим покажется предельно конформистской. Но «конформизм» в данном случае имеет место быть лишь по отношению к самой власти, но не в отношении к тому прогрессизму, который может быть ей присущ. Прогрессизм (либерализм, коммунизм и т. д.) как раз придерживается совершенно противоположной точки зрения. Согласно прогрессизму, власть есть нечто зависимое от общества (то есть от людей, а не от Бога). Ее можно сменять – на выборах или посредством парламентских процедур. Против нее даже можно восстать с оружием в руках (пусть только и в крайних случаях).

Но человек правых взглядов не может не осознавать, что власть неприкосновенна, ибо дана от Бога. Здесь имеются ввиду не формы власти, которые могут быть ее искажением, но сама власть – те, кто правят. Именно это положение о неприкосновенности власти и есть самая настоящая антитеза либерализму и другим проявлениям прогрессизма.

Таким образом, заметно принципиально различие между тем подходом, который предлагаем мы, и подходом, который используют бунтовщики во время своих бунтарских практик. Они, пусть и временно, отождествляют себя с идейными основами свергаемой ими власти, при этом подвергая саму власть насилию и искажению. Мы же отождествляем себя с самим принципом власти, нисколько не предлагая идти на компромисс с ее современной идеологией. Это и есть высшая форма конформизма, ибо человек, ее придерживающийся, рискует оказаться меж двух огней – самой власти и оппозиции. Но зато этот конформизм открывает перед ним невиданные перспективы правой политики, которая может и должна стать отличной от политики левой, прогрессисткой.

Правый нонконформизм проникает в сферу государственных идей, что приводит и к проникновению в сферу власти. Носитель правых идей сам становится властью – духовной, незримой, но от того не менее действенной, чем власть зримая. При этом он влияет на зримую власть духовно, идеологически, он убеждает ее в необходимости очистить образ, данный Богом. Правый не поднимается к высотам зримой власти снизу, уподобляясь подрывным, разрушительным силам, которые инспирированы обитателями инферно (как известно). Он спускается на нее сверху, подобно ангелу Божиему.

Затронутая нами проблема имеет один, весьма тревожный аспект. Согласно христианской Традиции, земная история завершится воцарением Антихриста, ложного мессии. Его власть станет пародией на власть истинного Монарха. Неизбежно возникает вопрос – применимо ли насилие в отношении власти «сына погибели»?

По нашему мнению Антихрист создаст пародию не столько на истинную власть, сколько на власть как таковую. Пародию на христианскую власть творили разнообразные прогрессивные течения: левые, либералы, «правые» тоталитаристы. Другое дело, что создаваемые ими пародии поддаются исправлению. Но силы Антихриста, как очевидно, пойдут дальше. Они предложат самый пародийный вид пародии – карикатуру на саму государственную власть. Последняя представляет собой институт, отличный от общества. Он может либо подчинять себе общество, либо подчиняться ему, но в любом случае речь идет о различии. Однако при Антихристе, когда процесс деградации достигнет своего пика, общество полностью и целиком возьмет на себя функции власти, уничтожит власть. Точнее, это совершат некие общественные структуры, которые сосредоточат в своих руках грандиозные, планетарные, по масштабам, экономические ресурсы. Прообраз таких структур нам видится в нынешних транснациональных корпорациях (ТНК). Они уже сегодня пытаются подменить собой государственные организации. По всей видимости во времена Антихриста эти корпорации разовьют мощь своих интернациональных капиталов до такой степени, что возникнут условия для отмены национальных государств и создания на их месте мирового правления. Реально это правление будут осуществлять ТНК, которые и станут полноправными субъектами суверенитета. Но формально, с тем, чтобы вызвать обожание широких масс (в среде которых есть и будет огромное количество верующих и мистически настроенных людей), власть будет принадлежать некоему всемирному «монарху», которого освятит экуменическая «церковь». Таким «монархом» и станет Антихрист.

Вне всякого сомнения, он посчитает именно себя достойным реальной планетарной власти. Его формальное всесилие вступит в жесткий конфликт с реальной силой ТНК. Зло столкнется со злом, как это уже случалось неоднократно. Дело в том, что зло есть зло и для самого себя (в то время как добро может помочь вырваться из зла). Зло враждует с самим собой, умаляет свою бытийность, ибо оно, с точки зрения христианства, есть движение к небытию. Мы можем вспомнить многочисленные случаи ранней кончины адептов зла, безбожия и нигилизма. Особенно характерны самоубийства и смерть в результате изнуряющих революционных чисток, которые является своеобразным видом самоубийства. Ясно, что Бог не может быть источником никакого зла (оно совершается лишь его попущением). Именно зло, персонифицирующееся в обитателях инферно, воюет против своих же сторонников на земле. А те, в свою очередь, враждуют с собой. И эта взаимная вражда не может привести к созданию власти, которая основана на объединении. И Антихрист, и ТНК будут иметь лишь иллюзию власти. Некий властные ресурс у них, безусловно, окажется, и его использование будет иметь трагические последствия. Однако правление антихриста окажется недолгим и хаотичным. Будет «царь», но не будет царства, будут правители, но не будет правления. Реальным окажется только безвластие, «чистая демократия», понимаемая как тотальная борьба конкурирующих субъектов друг с другом. Этот «новый мировой порядок», точнее беспорядок, окажется точным отражением ада. (Характерно высказывание Св. Иоанна Кронштадского: «Демократия в аду, а на небе – Царство».) И сей беспорядок пожрет самого себя.Естественно, каждый традиционалист станет перед необходимостью применить все виды насилия по отношению к безвластию Антихриста. Не для того, чтобы победить его (он сам себя победит), а для того, чтобы вырвать из адской круговерти последних дней как можно больше душ и тел.





Оставить свой отзыв о прочитанном


Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2019