18 октября 2017
Правый взгляд

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Александр Елисеев
23 июня 2006 г.
версия для печати

Первенство чести и глобальная гомогенность

Итак, Каталония проголосовала за расширение своей автономии, ее язык объявлен государственным в крае – наравне с испанским. Каталонцы упорно считают себя нацией, в преамбуле нового статуса Каталония названа «нацией, народ которой имеет исторические права»

Итак, Каталония проголосовала за расширение своей автономии, ее язык объявлен государственным в крае – наравне с испанским. Каталонцы упорно считают себя нацией, в преамбуле нового статуса Каталония названа «нацией, народ которой имеет исторические права». То есть мы видим, что пресловутая гражданско-политическая нация (etat-nation, «государство-нация»), не так уж и монолитна, что в некоторых странах она трещит по швам. Этнос (народ) — сильнее гражданского коллектива, у него больше оснований считаться нацией (латинское слово нация так и переводится – «народ»). Эпоха буржуазных революций породила гражданский национализм, который определял национальную принадлежность по гражданству. Это было нужно для того, чтобы облегчить процесс создания больших однородных сообществ буржуазного типа.

Каждый член данного сообщества должен ощущать себя как буржуа, который продает или торгует (даже и пролетарий выступает как продавец собственной рабочей силы). Понятно, что этой однородности весьма мешали разделения на органические, почвенные группы – сословия и этносы (народы). Каждая такая группа ощущала свою особость, и это серьезно затрудняло ее встраивание в буржуазную гомогенность. Поэтому буржуазные революционеры устранили сословия, а этнические коллективы превратили в гражданские. Если раньше в основу жизни народа был положен принцип самобытности, то в ходе буржуазных революций на первый план выдвинули «юридический» принцип. Это вполне вписывалось в логику «торгового строя» (Жак Аттали), основанного на постоянном и дотошном соблюдении разного рода договорных отношений. Теперь каждый член нового сообщества чувствовал себя, в первую очередь, гражданином, который имеет права и обязанности. Ранее он скорее ощущал себя членом некоей большой семьи, состоящей из родственников.

Конечно, новое сообщество многое сохранило от старого – например, язык (или же ощущение общности происхождения). Но в целом это был уже измененный народ, перемещенный на некий иной уровень. В сущности, речь идет о некоторой промежуточном форме – от самобытного народа к безликому всечеловечеству. И ныне мы видим, как ЕС нивелирует самобытность уже и политических наций. Кроме того, эти нации стремительно разбавляются волнами миграций их третьего мира. В Европе создается некий коктейль – прообраз нового мирового порядка – абсолютно космополитического.

В процессе создания гражданско-политических наций многие народы попали в подчиненное положение. Это те же самые каталонцы (или, скажем шотландцы). И, как очевидно, данные народы не очень-то желают видеть себя в качестве частей неких политических сообществ. Они обладают своей политической волей, которая сегодня и реализуется в виде укрепления автономий. Фактов тому достаточно – возьмем хотя бы результаты референдума в Каталонии. Или же – положение Шотландии и Уэльса в нынешней Великобритании. К примеру, в Шотландии функционирует собственный парламент и действует особая законодательная база. Шотландцы обзавелись своей валютой и даже обладают частной армией, принадлежащей герцогу Атолльскому.

Народы ищут свою самобытность, и это (объективно) препятствует нынешней унификации и стандартизации. И на очереди стоит дальнейшее выделение народов из усредняюще-либеральных политических наций. Интернет-сайт «Взгляд» информирует: «По мнению Times, к 2020 году на пространстве нынешнего Евросоюза способны появиться 11 новых государств. Издание публикует и специальную карту, на которых они обозначены. По версии газеты, уже через 15 лет из состава Великобритании могут выделиться новые государства: Шотландия и Уэльс, а Северная Ирландия объединится с Ирландией. Развалится на франкоязычую Валлонию и Фландрию нынешняя Бельгия. От Италии отколются Южный Тироль и Сардиния. Франция лишится Корсики и части юго-восточных районов вокруг города Перпиньян. Последние присоединятся к новому государству — Каталонии со столицей в Барселоне. Аналогичная судьба, по мнению «Таймс», ожидает и баскские районы Франции, которые также войдут в будущее государство испанских басков. Из состава Испании также выйдет южная Андалузия». (Впрочем, укрепление автономности вовсе не обязательно будет означать сепаратизм.)

Если так, то бюрократическому монстру ЕС может придти конец. Не самой Единой Европе, а той модели, которую брюссельские бюрократы пытаются навязать европейцам. Тогда возникнет широкий спрос на имперский проект тамошних «новых правых» (Алена де Бенуа, Роберта Стойкерса и др.), которые выступают за Европу Ста Флагов, за Европу Народов (этносов).

По мнению новых правых, на месте ЕС нужно создать Конфедерацию свободных европейских государств, в рамках которой каждый этнос получит право на самоопределение в рамках общего политического пространства.

Русским правым тоже стоило бы отказаться от всех разновидностей надэтнического «национализма». Со времен буржуазной революции 1991 года стало принятым, так или иначе, открещиваться от этнического.

Был взят курс на формирование так называемой «российской нации» (особенно рьяно ее идею отстаивает В. А. Тишков). Большинство русских патриотов отнеслось к «российскому национализму» весьма критически, но в последнее время стала популярной идея создания «русской политической нации», стоящей над этносами и тождественной гражданскому коллективу России. По сути, речь идет о той же самой etat-nation, но только в данной интерпретации несколько больше подчеркивается этнический момент. Но как уже было сказано, политическая нация не отказывается полностью от этнического начала, просто она ставит его на службу.

Если мы не хотим смиряться с буржуазно-либеральным Модерном, то нам следует сохранять верность народному национализму. Более того, как государствообразующий народ, русские могут стать гарантом сохранения самобытности всех народов России и бывшего СССР. Да и сама реинтеграция постсоветского пространства может проходить под знаменем защиты национальной самобытности.

И здесь очень важно ответить на вопрос, что есть национальная самобытность, и в чем вообще заключается смысл народного национализма. Собственно, ответ на данный вопрос в свое время дал выдающийся русский мыслитель Константин Леонтьев. Он предложил считать «культурные (идеальные) отличия более существенными для национальной жизни, чем признаки физиологические и филологические, принимать за истинно национальную политику не столько ту, которая способствует распространению и преобладанию внутри, и вне известного племени с его языком (или с родственными ему), сколько ту политику, которая благоприятствует сохранению и укреплению стародавних культурных особенностей данной нации и даже возникновению новых отличительных признаков…». Понятно, что разговор здесь стоит вести не только и даже не столько о разных «фольклорных» особенностях. Тут следует иметь в виду особенности права, политической организации, хозяйственного уклада, территориального деления и т. д. У каждого народа все эти элементы должны существенно отличаться. Однако нынешняя унификаторская цивилизация торгашей эти самые отличия пытается устранить, сделать все народы похожими друг на друга.

Альтернативой данному унификаторству может быть только геополитическое Большое Пространство, населенное действительно самобытными народами, различными по укладу жизни, но соединенными желанием эти различия сохранять (и даже усиливать), не поддаваясь напору транснациональных сил. Таковым пространством и должна быть Новая Империя, созданная на месте бывшего СССР. Без нее бывшие советские народы настоящей своей независимости не получат. Ведь то, что сейчас называется независимостью – на самом деле ею не является. На месте Союза возникло несколько однотипных буржуазных республик, зависимых, в той или иной степени, от Запада. Собственно, к этому всегда и приводит любой сепаратизм, противостоящий Империи. И здесь мы уже сталкиваемся с опасностью другого ложного национализма – племенного. Именно такой вот «физиологический» и «филологический» национализм Леонтьев и считал «орудием всемирной революции». Некогда он был задействован для борьбы против грандиозных традиционных и почвенных Империй – Австрийской, Османской и Российской. И распад этих «Больших Пространств» приводил к возникновению скучных и пошлых буржуазных республик, копирующих политико-экономическое устройство Запада, да и вообще зависимых от разных западных держав. Исключение составила Россия, где процесс распада Империи, начатой либералами-февралистами, был остановлен большевиками. Красные сумели сохранить Большое Пространство, независимое от Запада. В то же время, их официальная идеология была генетически связана с западными учениями. Это и предопределило крах Советского Союза, не выдержавшего давления извне – ввиду внутренних предпосылок к вестернизации. И вот «соцветие» торговых республик таки образовалось на территории бывшей Российской Империи.

Самое печальное в том, что большинство националистов в отошедших республиках воспринимают нынешнюю их местечковую «самостийность» как подлинную независимость, испытывая настоящую тревогу лишь в отношении «москальского империализма» (исключение составляют лишь такие продвинутые национал-традиционалисты, как Дмитро Корчиньский). Но справедливости ради надо признать, что почву для подобного отношения создают и сами русские националисты, которые часто отрицают за другими народами право на национализм. Они могут обижаться на русофобские СМИ, часто ставящие знак между русским национализмом и фашизмом, но при этом, следуя двойным стандартам, тут же обвиняют все другие национализмы в шовинизме и в том же самом фашизме.

Все это есть следствие непонимания того, что национализм нисколько не противоречит Империи. Более того, настоящая Империя только и возможна как союз национализмов. И традиционная Российская империя так же представляла собой союз разных национальных элит. И на ее территории даже были особые национальные образования, живущие своим, самобытным укладом (например, Бухарский эмират). Конечно, эта система нуждалась в развитии. Возможно, что Новая Империя как раз и станет таким вот развитием.

Русские правые должны предложить всем народам РФ и бывшего СССР модель многоукладной Империи. Каждый народ в такой модели должен получить возможность для сохранения всех своих национальных различий (и даже, как писал Леонтьев, для возникновения новых особенностей). Пусть будут автономные общности, живущие своими укладами. Если какой-то народ захочет жить по шариату, то Империя предоставит ему такую возможность (это даст и грандиозный геополитический эффект, ибо неизмеримо поднимет имидж России во всем исламском мире). Если кому-то понравится быть военно-казацкой республикой в Империи, то ради Бога. Если же кто-то возмечтает о ханстве – ничего страшного.

Чем сложнее – тем лучше. Тем страшнее удар по унификаторскому новому мировому порядку. Сильный Имперский Центр будет способен сплачивать все самобытности, используя их на общее благо.

Русские в новой империи будут теми, чем они были и ранее – государствообразующим народом. Нам, конечно же, не нужна какая-то своя автономия, вся Империя – есть Русское Государство, именно в поддержании имперскости и есть русская самобытность, предполагающая форму правления – Православную и Самодержавную Монархию; и социально-экономический уклад – артельный и общинный «социализм». Но так же очевидно, что русских нельзя рассматривать в качестве всего-лишь некоего раствора, скрепляющего другие народы (а такое видение имело место быть и нанесло русским огромный урон). В Новой Империи не будет никакой перекачки ресурсов из великорусских областей, никакого принижения русских во всех областях жизни. Русское «Первенство Чести» (взято из «Императивов национального возрождения ») должно быть закреплено законодательно, обосновано идеологически и закреплено в плане кадровой политики. (Вообще, в Империи Народов элиты окраин будут более сосредоточены на укреплении специфики своих регионов. Это второй, новый путь укрепления национальных элит. Первый – за счет влияния в имперском Центре.)

Итак, не унитарная республика «по Жириновскому», но Империя Народов, Империя Национализмов – вот каким должен быть Русский Проект. И если мы сумеем этот проект выдвинуть, то мы победим. Не сумеем – тогда нас пожрет вся эта страшная буржуазная гомогенность. Пора делать выбор.





Оставить свой отзыв о прочитанном


Предыдущие отзывы посетителей сайта:

26 июня 16:08, Александр Виниченко:

Всё больше и больше убеждаюсь в том, что позиция Александра Елисеев мне во многом близка. Согласен и с этой статьёй. Именно Империя Национализмов может стать проектом, который Россия противопоставит (и главное - успешно противопоставит) бездарной либеральной "империи" Нового Мирового Порядка.

Но больше всего порадовал меня пассаж об отношении к иным национализмам. Сколько времени я спорил, защищая право тех же прибалтов, поляков и др. на национализм. Александр Елисеев - первый человек, высказавший похожую точку зрения. А то уж думал, что я один такой...


26 июня 23:13, Александр Елисеев:

Александру Винниченко

"А то уж думал, что я один такой..."

На самом деле нас не так уж и мало, просто мы одни из первых. Пишите, поговорим...


28 июня 12:24, Посетитель сайта:

м критически . Если из-менил позицию -то меня лично это только радует


30 июня 15:35, Посетитель сайта:

Чем всё-таки отличается от евразийцев позиция Елисеева?



Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2017